Стань Звездой!

Многие говорят, что меняются мысли, уходят назойливые размышления о проблемах и неудачах. Курильщики утверждают, что их не тянет к сигаретам несколько часов после сеанса.

- А… гм, - Камерон умолк, явно пытаясь подобрать слова. - На что-нибудь другое их тянет?.. И что там с циркуляцией крови?

- Кровь сейчас свободно циркулирует по телу, - Эрик наклонился, наблюдая за горением моксы.

- Как-то слишком уж свободно… - Камерон поерзал снова. - То есть, стояк - это нормально? - уточнил с сомнением, к полной неожиданности Эрика.

- Вполне, это реакция на эндорфины вследствии устранеия источника боли и на устранение зажима нервных корешков, - спокойным тоном ответил Эрик, хотя спокойствия совсем не чувствовал. Внезапный вопрос застал врасплох, смутил и взбудоражил. Отчего-то осознание того, что Камерон сейчас возбужден от его прикосновений, заставляло и собственную кровь бежать быстрее.

Сквозь дым от тлеющей моксы он чувствовал аромат геля для душа и Камерона. На пальцах все еще оставалось ощущение прикосновения к теплой гладкой коже. В памяти всплыли картинки, как Камерон скакал на Мефисто и его чуть хриплый смех там, у зеркала. Эрик убрал ненужные больше моксы, осторожно вынул иглы, снял пледы.

- Перевернешься сам или помощь нужна? - спросил Камерона, понимая, что тот вряд ли захочет демонстрировать стояк - ну не настолько же он бесстыжий, в конце концов. Лучше всего было бы дать ему полежать на животе минут десять и успокоиться, но тогда эффект от предыдущих мероприятий сошел бы на нет.

Но Камерона, похоже, успокоили его слова, и на спину он перевернулся с абсолютно невозмутимым видом, лишь придержав полотенце на бедрах, чтобы точно не сползло. Вот только помогло это мало. Едва он вытянулся на спине, положив руки по швам, крупный напряженный член приподнял полотенце, отчетливо проступая под ним.

Эрик задался вопросом, неужели Камерон и сейчас играет? Изображает, что ему комфортно лежать вот так перед малознакомым человеком? Если да, то он и вправду гениальный актер, потому что Эрик на его месте уже провалился бы сквозь землю от стыда, а Камерон даже не покраснел и лежит, закрыв глаза и будто бы радуясь чему-то.

Повернувшись к разложенным инструментам, Эрик взял еще две иглы и спрей и зашел со стороны головы. Взгляд, вопреки доводам разума, скользнул дальше зоны постановки игл. Эрик увидел плавно поднимающийся и опускающийся в такт дыханию живот, ярко белеющее на фоне загорелой кожи полотенце и член Камерона. Теперь уже не угадывающийся под тканью, а видный почти полностью.

Эрик стиснул зубы и сосредоточился на иглах. Быстро поставил их - теперь Камерон лишь слегка поморщился - засек время и накрыл его до пояса пледом. Но даже так очертания члена прекрасно проглядывались, и Эрик увидел, как тот дернулся раз, другой.