Стань моим завтра

Скажи кофейной фее, чтоб приступала к делу, хорошо?

Наигранная легкость в ее голосе ранила меня больше, чем если бы она на меня накричала.

Выпив кофе и сказав мне несколько до боли натянутых фраз, Зельда ушла на работу, а я принялся нервно хромать по квартире, чем и занимался, пока не пришел Рой. Он не успел произнести «доброе утро», как я уже махал перед его носом письмом.

– Скажите мне правду, – попросил я. – Вы передаете ей мои письма?

На лице Роя появилось удивление, тут же сменившееся печальной улыбкой.

– Да, передаю. Все до одного.

– Но вы отправляете их по почте, так? Не отдаете лично в руки?

Я кивнул и продолжил мерить комнату шагами, подволакивая ногу. Моя правая штанина была завернута до колена, чтобы рана дышала.

– Господи, Бекетт, что с тобой случилось?

Я не ответил, потому что мои мысли на бешеной скорости неслись в другом направлении.

– То есть вы понятия не имеете, читает она их или нет? Вы отправляете их, и на этом все. Возможно, она каждый месяц выбрасывает их в мусорку.

– Вероятно, так она и делает. Видит, кто их написал, и тут же выкидывает на помойку. Так ведь?

– Ты не можешь знать наверняка.

– Чего я и правда не знаю, так это почему меня это вообще, черт побери, волнует.

Я дотащился до мусорного ведра, стоявшего на кухне, и бросил в него письмо. Потом поковылял к дивану и опустился на него. Все это время Рой молча смотрел на меня.

– Приступайте, – сказал я. – Начинайте обыск. Давайте побыстрее с этим покончим.

Рой помолчал еще несколько секунд, а потом присел на стул рядом со мной и положил планшет на стол.

– Расскажи мне, что случилось, – попросил он.

– Какой-то козел повернул прямо передо мной, я вылетел на обочину. Все нормально.

Он нагнулся, чтобы получше разглядеть мою ногу.

– Рана выглядит чисто.

– Зельда о ней позаботилась.

Рой посмотрел мне в глаза, и я отвернулся. У меня заныла грудь. Я сложил на ней руки и попытался сглотнуть колючий комок, застрявший в горле, но ничего не получилось.

– Я гребаный идиот, – хриплым голосом произнес я. – Не нужно было соглашаться, чтобы она здесь жила. Я понял это, как только она меня об этом попросила. Нет, даже раньше. Когда мы впервые встретились. Я знал, что это будет ошибкой.

– Почему ты считаешь это ошибкой? – мягко спросил Рой. – Что-то произошло?

– Нет, – ответил я. – И не произойдет, потому что я живу в чертовой ловушке из-за тупого поступка, который совершил три года назад.

– Разве нет? – со злостью переспросил я.

Меня переполнял гнев, и я чувствовал, что взорвусь, если не перенаправлю его куда-нибудь еще.

– Мне нужно поехать в Филадельфию, Рой. – Каждое мое слово сочилось сарказмом. – Я запрашиваю у вас разрешение на выезд из штата с двадцать четвертого декабря по двадцать шестое. Может, немного дольше.