Стань диким!

Щербатая измученным взглядом смотрела, как Огонек бросил перед ней на землю небольшого кролика.

— Ну что, еще раз привет тебе, котенок! Я думала, ты пошел кормить своих маленьких друзей-воинов.

— Правда? Ну, это я еще успею. И не называй меня котенком, — строго предупредил Огонек, носом подталкивая к ней кролика. Он сам удивлялся своей доброте. — Вот, но если ты это не будешь есть…

— А нет, — поспешно мяукнула Щербатая — Очень даже буду.

Огонек смотрел, как кошка вспорола добычу и начала жадно заглатывать куски. Он тоже почувствовал голод. Но ученик знал, что не имеет права даже думать о еде. Он должен принести в лагерь как можно больше пищи, но крольчатина была такой ароматной!

— М-м-м. — Через несколько минут Щербатая глубоко вздохнула и завалилась набок. — Спасибо, дружочек. Это у меня первая свежая еда за много, много дней.

Она облизала мордочку и принялась умываться лапкой.

«Как будто после умывания станет лучше», — подумал Огонек, наморщив нос. Он нее по-прежнему исходил невыносимый запах.

Он посмотрел на то, что осталось от добычи. Конечно, этим вряд ли можно набить живот растущего кота, но после драки со Щербатой у него разыгрался аппетит. Повинуясь чувству голода, он жадно доел остатки. Было очень вкусно. Он с наслаждением облизнулся.

Щербатая пристально посмотрела на него и произнесла, обнажив пожелтевшие, в бурых пятнах, зубы.

— Лучше, чем еда из отбросов, которой кормят наших братьев Двуногие? — язвительно заметила она. Она знала, где его уязвимое место, и пыталась разозлить его. Огонек, не обращая на ее слова никакого внимания, начал умываться.

— Она отравленная, — продолжала Щербатая. — Из крысиного помета! Только бесхребетный мешок из меха будет есть это лягушачье месиво… — Вдруг она осеклась и насторожилась. — Ш-ш-ш… сюда идут воины.

Огонек тоже заметил, что к ним идут коты. Он услышал, как мягко ступают их лапы по опавшим листьям и как шуршит мех, задевая за ветки. Он почуял, как ветер распушает на них шерсть. Знакомые запахи. Это были воины Грозового племени, идущие по своей территории, где можно идти без опаски и шуметь сколько угодно.

Огонек виновато облизнул губы, чтобы не заметно было, что он только что подъедал кролика. Потом он посмотрел на Щербатую и на лежащую рядом с ней кучку костей. «Первым делом — накормить племя», — снова вспомнил он наказ Львиного Сердца. Он должен понять, почему Огонек накормил это увечное создание. И вдруг ему стало страшно от того, что он натворил. Ему в первый раз, как ученику воина, дали задание — и он ухитрился нарушить воинский приказ!

Глава VIII

Щербатая сердито зарычала на приближающихся воинов, но Огонек чувствовал, что она боится. Кошка с трудом поднялась на лапы.

— Пока! Спасибо за кормежку.