Стальные небеса

Но я поняла, что когда бьешь того, кого любишь, рано или поздно попадаешь по себе…

– Детка, – сказал он хрипло мне в волосы, – прекрати. Когда ты такая виноватая, я пугаюсь больше, чем когда ты меня кусаешь. Тем более что виноват только я.

Я неуверенно улыбнулась, слушая, как стучит его сердце.

– Я тебя сильно потрепала, да?

– Угу, – усмехнулся он, согревая мою макушку теплом. – Но я наслаждался каждым моментом, Марина. Когда ты злишься, ты невероятно хороша.

Я фыркнула и легко прикусила ему кожу.

– И когда не злишься, тоже, – исправился Люк и отодвинулся, осматривая меня сверху донизу. И почти сразу замер.

Я захихикала – такой ошарашенный был у него вид.

– Что там, Люк? – заговорщически поинтересовалась я у его лба.

Он осторожно погладил мою грудь.

– Они увеличились, да, – подсказала я, улыбаясь. – Да я и сама могу увеличиться. У меня мама всегда полнела в беременность.

– Забавно будет посмотреть на тебя в теле. – Муж сполз вниз, вжался губами куда-то над соском и снова зажмурился. – Мне, признаться, нравился и предыдущий вариант. – Он помотал головой, с удовольствием коснулся груди языком и, потянувшись ко мне, пробормотал в губы: – Но и этот ничего. Пожалуй, при некоторых усилиях я привыкну и к нему.

Некоторое время мы увлеченно целовались, и плевать мне сейчас было на нечищенные зубы и нашу общую потрепанность. Все вставало на свои места, мы наконец-то были по-настоящему вместе и близки и доказывали это друг другу с такой жадностью, что не хватало дыхания.

– А ты не растерял навык, – прошептала я разнеженно, когда мы наконец-то оторвались друг от друга. Я лежала на спине, улыбаясь в потолок, а Люк, опираясь на локоть, вел пальцами по моей коже от шеи вниз. Снова замер.

– Заметно уже, – пробормотал, с опаской касаясь моего живота. Он выпирал хорошей такой дугой, и на фоне моей худобы казался Люку, наверное, просто огромным."

"– Еще бы, – я не удержалась, снова поцеловала его куда дотянулась, куда-то в уголок губ, и погладила по пятнистому плечу. – Представляешь, каким он будет месяцам к шести? Или к концу беременности?

– С трудом, – признался он, с удовольствием провел пальцами по своему имени внизу моего живота и вдруг поспешно убрал руку.

– Кусается? – спросила я таинственным тоном.

– Нет, – пробормотал Люк нервно, – но я их чувствую.

– И что они делают? – я приподнялась, с завистью посмотрела вниз.

Муж опасливо положил ладонь обратно. Прикрыл глаза, хмурясь и морща лоб.

– Спят? – наконец проговорил он с сомнением.

– Ну вот и пусть спят, – прошептала я, прижимаясь к нему и снова целуя в сухие губы. – Или тебя это смущает, и мне готовиться к воздержанию еще на годик?

– Нет, моя психика не настолько ранима, – хрипло усмехнулся он, потираясь носом о мой нос.