Невеста Стального принца

Мне следовало взять пример с Одель и рассматривать золотые завихрюшки на фарфоровой кайме тарелки или вот любоваться кружевом скатерти, но… Но, сколько себя помню, меня никогда не отчитывал ни один мужчина, не строил меня и уж тем более не провозглашал себя моим господином.

Ведет себя со мной так, словно я его рабыня. Словно я вещь, которой можно попользоваться в свое удовольствие, купать ее и с ней спать, а потом выбросить, когда надоест, ну то есть отправить к фальшивой родне.

Несмотря на то что съеденная булочка и недоеденный рогалик были безумно вкусными и сладкими, на языке горчило. От обиды.

— Разве это так плохо? — посмотрела я на де Горта.

— Иметь на все свое мнение. Или вы предпочитаете видеть рядом с собой бессловесную куклу, которая всю жизнь будет послушно заглядывать вам в рот и эхом повторять каждое ваше слово?

— Столь долгий срок, всю жизнь, мы с вами точно вместе не проведем, — усмехнулся убийца пришлых.

— Ну вот вы сами себя и успокоили. — Я холодно улыбнулась.

— Что вы имеете в виду, Филиппа?

— Я не стану ни вашей женой, ни вашей асави, а значит, вам нечего переживать за мое воспитание. Хвала за это Созидательнице. А теперь мы можем продолжить завтрак? Или предпочитаете продолжать нас наказывать за то, что вчера мы повели себя в вашем доме не как рабыни, а как хозяйки?

А теперь он смотрел на меня так, словно собирался распять. Прямо здесь и сейчас.

— Мне больше по душе второй вариант. Спасибо за идею, леди Адельвейн.

С этими словами стальное чудовище поднялось, решительно приблизилось ко мне и отодвинуло мой стул. Вместе со мной. Легко так, совсем не напрягаясь. А потом так же легко меня схватило и, как какую-нибудь котомку на палке, закинуло себе на плечо. Я только и успела, что протестующе пискнуть, а следом и вовсе дар речи потеряла, почувствовав ладонь мерзавца у себя на заднице.

— Леди, продолжайте завтракать.

И де Горт понес меня к выходу, приказав вейру не рыпаться.

Последнее, что услышала, это сокрушенный вздох Морса:

«Ну, что я говорил, цыпа?»

— Сейчас же отпустите! — потребовала я, когда за нами захлопнулись двери и мы оказались в холле.

Фрисо как раз шагал в сторону столовой, насвистывая себе под нос что-то веселое. Сразу видно, у человека хорошее настроение. А вот у меня — прескверное.

При виде герцога с необычной ношей дворецкий замер как вкопанный. Поднос выскользнул у него из рук и с грохотом полетел на пол, а сам Фрисо, икнув от удивления, неуверенно начал:

— Ваше всемогущество…

— Отпустите, я кому говорю! — повторила, зверея.

— Если отпущу, вы упадете, — невозмутимо заявил де Горт, кажется даже не заметив дворецкого, и взбежал по лестнице. Так легко и быстро, словно не нес на плече пятьдесят бесценных килограммов, ну то есть свою наину.