Стальная Принцесса

— Думаешь, это детали? — его губы изгибаются в ухмылке. — Вот фактические детали: ты встала передо мной на колени и открыла рот, как прошлой ночью. Смотрела на меня этими голубыми глазами и умоляла трахнуть в рот. Будучи джентльменом, я так и сделал. Я входил и выходил из твоего маленького ротика, когда ты умоляла о большем. — он опускает голову, шепча мне на ухо. — На этот раз ты проглотила, как хорошая девочка.

Мои бедра сжимаются, и по всей коже пробегают мурашки.

Боже.

Его грязные словечки никогда не устареют. Это никогда не перестанет беспокоить меня и заставлять желать, чтобы образы, которые он рисует, были правдой.

— Кстати, тебе понравилось.

Он отстраняется с ухмылкой, будто знает, что поймал меня.

Я хмурюсь.

— Ты мудак.

— Я позволю тебе сесть на головку моего члена, милая.

Он подмигивает.

Уф. Я никогда не смогу победить с ним.

— Вы закончили делать там детей? — Ронан кричит. — Потому что скоро придет учитель.

Я краснею и отталкиваю Эйдена, чтобы сесть рядом с Ким. Эйден тоже идёт к своему месту, по пути отшвыривая Ронана.

— Эй, Кинг. Мне больно.

Ронан начинает свой обычный драматический монолог о проблемах с отказом.

Я действительно начинаю задаваться вопросом, шутка это или правда.

Пока Ронан продолжает и продолжает, Эйден даже не замечает его. Он свысока смотрит на Коула. Капитан Элиты бросает на него взгляд поверх своей книги по психологии и улыбается.

В последнее время между ними возникла какая-то странная напряженность. Со стороны Ксандер может показаться лучшим другом Эйдена, но с тех пор, как я вошла в их круг, кажется, что Эйден ближе всего к Коулу.

Я слышала, что лучшие передачи Эйдена приходились на Коула во время их футбольных матчей. Они также по-своему молчаливы и загадочны.

Кроме того, кроме Леви, Коул единственный, с кем я видела, как Эйден играл в шахматы.

Это может означать только то, что Эйден признает Коула достойным противником, а Эйден не признает многих людей достойными противниками.

Их дружба имеет смысл. Они оба очень умны и двигаются непредсказуемым образом.

Нехорошо быть свидетелем напряженности между ними.

— Доброе утро, — стучит Нокс по моему столу.

Я улыбаюсь ему.

— Доброе утро.

Мистер Хантингтон, учитель математики, заходит следующим.

Я чувствую на себе пристальный взгляд. Эйден наклоняет голову набок, его левый глаз дергается.

— Что? — я открываю рот.

Он смотрит вперед.

— Мисс Куинс.

— Да, — тихим голосом отвечает Сильвер.

Это должно было бы заставить меня почувствовать себя победителем, но нет.

Во всяком случае, это вызывает у меня во рту привкус тошноты.

— Снимите шарф, пожалуйста, — продолжает мистер Хантингтон. — В классе не допускается дополнительная одежда.

— Я бы предпочла этого не делать, мистер Хантингтон.