Сталкер (ЛП)

Даже когда мужик тащит меня по коридору, я неуклонно стремлюсь к справедливости."

"— Ванесса! Ты проклятая лгунья! — ору я. — Я, блядь, защитил тебя, а теперь ты меня предаешь! Разве моя чертова любовь не была достаточно хороша для тебя? Чертова сука! — Я переворачиваю мусорное ведро, пока меня тащат по коридору. Мне плевать на утроенную сцену. Хочу, чтобы все знали, какой кусок дерьма она из себя представляет. Теперь, когда она открыла свое истинное лицо, я не позволю ей пройти по этому зданию, не чувствуя того же.

Если я не могу взять ее сердце, я заберу достоинство.

Я знаю, что она услышит меня.

— Разве я тебя не баловал, а? Он уделяет твоей пизде больше внимания, чем я? — Все ученики в коридоре смотрят на меня, но мне все равно. — Тебе не хватило одного члена?

Дверь в кабинете директора распахивается, и вместе с Ванессой выходит директриса. Филиппа нигде не видно. Конечно, нет. Зачем он там? Его никогда нет.

А я был. И посмотрите, что из этого вышло.

— Когда будет достаточно, Ванесса? Сколько членов тебе нужно объездить? Сколько сердец ты планируешь растоптать?

— Заткнись! — кричит она, ее щеки покраснели от смущения. Она, вероятно, думала, что отделается малой кровью. Ну, чертовски плохо.

— Да, тебе бы понравилось, не так ли?

— Заткнись! — кричит она. — Ты достаточно причинил мне боли!

— О, я причинил боль тебе? Да ты та еще штучка. Надеюсь, ты довольна собой, Ванесса. Желаю тебе хорошей жизни, — кричу я. Затем здоровяк вытаскивает меня за дверь и бросает на обочину.

— Ты не слышал леди? Закрой свой рот и убирайся отсюда, — бросает он, кривя лицо. — Думаешь, крут, раз смущаешь такую ​​девушку?

— Это называется выкладывать правду на стол.

— Я не верю ни единому гребаному слову из сказанного тобой. Прощай. — Он поворачивается и идет обратно к двери.

— Почему бы тебе не спросить ее и не узнать, — протягиваю я. — Ей нравится кататься на члене, поэтому, если попросишь, она, вероятно, тебе тоже даст. У нее пунктик на таких убогих, как ты.

Мужик останавливается на секунду, и я думаю, что он развернется и нападет на меня, но он этого не делает. Парень просто качает головой и направляется к двери, захлопывая ее за собой. Полагаю, он смог противостоять искушению, а я нет.

И теперь я лежу здесь, на асфальте, и люди внутри здания смотрят на меня с незабываемым, хорошо известным презрительным взглядом. Я — грязь на земле, на которую они наступают, после чего вытирают ботинки.

Прямо там я решаю, что меня больше никогда не посмеют высмеять.

Единственное, что связывало меня с этой землёй, что делало меня человеком, что сдерживало от всех ужасных мыслей, вращающихся в моей голове, — это она.

Она.

Женщина, которая первой предала меня.

Ничего не мешает мне стать тем, кем я хочу быть сейчас. Ничего.

Я стану тем, кого они будут бояться.