Сын Сталина

Зрелище, открывшееся им, завораживало: у самых ног Василия и Александра глубоко прорезала прибрежную возвышенность Ленинских гор стальная нитка рельсов, по которым куда-то шустро спешил маневровый паровозик, окутанный клубами дыма. Раздался гудок, и навстречу ему показался могучий паровоз, влекущий за собой длинный состав. И почти тут же следом за составом с моста спустился маленький локомотив с парой вагонов.

– Смотри-ка, тепловоз, – показал Саше Красный. – Как это он тут еще уцелел?

– В смысле? Почему «уцелел»? – опешил Александр.

– Ну, я как-то слышал, как отец говорил, что тепловозы для наших дорог не годятся…

– С чего вдруг? – Саша вспомнил характеристики паровозов и тепловозов и пояснил: – У паровоза КПД – пять-шесть процентов, а у тепловоза – минимум двадцать восемь. Намного выгоднее…

– Не знаю, – пожал плечами Василий. – Просто слышал, что отец говорил, вот и удивился. Мы, когда на Кавказе отдыхали, видели тепловоз, только он стоял, не ездил. Его, понимаешь, как маленькую электростанцию использовали…

– Забавно… – протянул Сашка. – Вот тебе и «экономика должна быть экономной»…

…Той же ночью, дождавшись возвращения Сталина, Александр подошел к нему:

– Товарищ Сталин, есть один вопрос…

Сталин вздохнул: после тяжелого трудового дня он устал, и ему хотелось спать. Но «товарищ Саша» вряд ли станет беспокоить по пустякам…

Иосиф Виссарионович еще раз вздохнул и распахнул дверь своего кабинета:

– Прошу…

Белов вошел в кабинет, сел к столу:

– Дайде, тут вот какое дело: у нас тепловозы производят?

– Это локомотивы с дизельным ходом? – уточнил Сталин. – Можно сказать, что уже нет.

– Почему?

– Ну, видишь ли, товарищ Саша, в стране не очень хорошо с нефтью. Она нужна для бензина, для керосина, для флотского мазута, а железная дорога прекрасно обходится и углем…

– С чего вдруг у нас в стране с нефтью плохо стало? – поразился Александр. – Я понимаю, что Самотлор еще не открыли, но Баку, Грозный, Коми, Пермь, Татария с Башкирией, Эмба под Саратовым, наконец?! Это по всем параметрам уж никак не меньше, чем в США. Если не больше… – С этими словами он встал и зашагал по кабинету. – Смотрите, дайде: КПД у паровоза – пять процентов. Это значит, что девяносто пять процентов угля обогревает атмосферу. Не слишком ли много? Или мы так с зимами суровыми боремся? У тепловоза – тридцать процентов. Выгоднее вшестеро! А, кроме того, уголь имеет меньшую теплотворную способность, чем нефть, зольность изрядная, да и вода все время паровозу нужна. Вот будем строить «железку» через казахские степи – где воду брать будем? Это ж сколько надо денег вбухивать, чтобы на каждом разъезде скважину бурить? На все это нефти куда как больше уйдет, чем на тепловозы!

Сталин помолчал, закурил.