Маршал Сталина. Красный блицкриг «попаданца»

К огромному нашему счастью — золотой запас Чехословакии хранится в Лондоне. А то бы слишком хозяйственные Советы его совершенно точно прибрали к рукам.

— Если вы правы, то мы с каким-то торгашом столкнулись, а не с коммунистом. Обычный политический спекулянт, а не политик. Неужели Сталин допустил такого до власти?

— Спекулянт. Провокатор. И большой хитрец. Но его шаги для Советского Союза чрезвычайно выгодны, прежде всего, в плане укрепления обороноспособности. Причем, что немаловажно, они производятся достаточно аккуратно, чтобы с нами окончательно не рассориться и не ввязать Европу в большую войну.

— Конечно. Они работают хоть и нагло, но аккуратно. Но я бы много отдал за то, чтобы понять, кто-то там у них планирует такие комбинации. Пока нам известно, что появление Тухачевского связано с очередной авантюрой. И все. Канарис только разводит руками. Так что я предлагаю тщательно отслеживать деятельность советского маршала, ибо он, безусловно, связан с таинственным комбинатором, являясь воплотителем в жизнь его начинаний.

Гитлер вновь замолчал и несколько минут аккуратно вышагивал. Потом остановился возле карты Европы и, спустя минуту, не поворачиваясь, ответил:

— Хорошо, я поговорю с Канарисом. Это действительно выглядит очень любопытно. Однако я все равно хочу подстраховаться, а потому попрошу вас подготовить новый план войны против Чехословакии. Второго провала быть не должно.

— Ну что, товарищи, — начал экстренное совещание нарком обороны СССР, — по всей видимости, то, к чему мы готовились на Дальнем Востоке, началось. Мне каждый день идут «горячие» сводки с Халхин-Гола. И вот вчера японцы совсем обнаглели и захватили высоту Дунгур-Обо.

— Что-нибудь известно о численности противника? — спросил слегка обеспокоенный Тухачевский.

— Очень мало сведений, — покачал головой Берия. — Мы стараемся не привлекать к себе внимание и всеми силами создаем видимость беспечности. Поэтому авиаразведки не ведутся. Только радиоперехват. Выдвинутая в феврале нынешнего года на передовые позиции опытная станция позволила кое-что прояснить. Мы внимательно слушаем эфир во всех диапазонах, на которых работают японцы, и фиксируем количество участников и интенсивность переговоров. Кое-что расшифровываем, но пока получается плохо. Однако, по предварительным сведениям, к границе стянуто около трех японских дивизий и две истребительные эскадрильи. Мы можем ошибаться, но не сильно.

— Так мы столько сил и ожидали, — улыбнулся Тухачевский. — Все идет по плану. Нашему плану. Кстати, ничего не известно о германских наблюдателях? Они ведь будут очень внимательно отслеживать ситуацию.

— Об этом нам ничего не известно, — ответил Берия. — Наша разведывательная сеть на Востоке очень слабая.