Маршал Сталина. Красный блицкриг «попаданца»

И Москва бы оказалась кровожадным захватчиком и тираном в глазах европейцев и американцев. А так — красная линия не была преодолена и снова Советы вышли защитниками. Чехи хотели защищаться? Они им помогли. Легитимно избранное правительство посчитало левые силы бандитами? И опять Москва помогла решить эту проблему, предложив всем желающим чехам и словакам уехать в СССР с получением гражданства. Да и с эпизодом на Халхин-Голе все очень непросто. Совсем не просто. И чем дальше я наблюдаю за нашей европейской партией, тем сильнее пугаюсь.

— Думаете, что там сидит какой-то серьезный игрок, который прикидывается дураком?

— Похоже именно на это. Советы формально проиграли Испанию и Чехословакию, но получили выгоды от этих поражений намного больше, чем могли бы обрести при победе.

— Вы слишком пугливы, друг мой. А даже если и допустить, что Москва в курсе той роли, которую мы ей отвели, то тем лучше. Это означает, что она выполнит дело с большей вдумчивостью. Ведь в этом случае до голов в Кремле вполне должно дойти, что или они разрушают Европу, или Европа разрушает их. Вряд ли кто-то из них решится на самоубийство. Так что, все под контролем. В этой войне будут только одни победители — мы.

В помощь голодающим полякам Советский Союз послал большую партию яиц в оригинальной упаковке — в галифе…

— …таким образом, мы сможем добиться полного устранения недопонимания в советско-германских отношениях, дабы неприятного инцидента, подобного тому, что произошел в Чехословакии, больше не повторилось, — подвел итог своей речи Риббентроп.

— Мы также с радостью пойдем навстречу нашим германским друзьям, — ответил ему Молотов. — Но хотелось бы уточнить несколько вопросов. — Он сделал паузу. Обвел глазами всех присутствующих. И продолжил: — Совет народных комиссаров Советского Союза выступил с инициативой от десятого числа сего месяца к назначенному на второе августа XIX съезду ВКП(б) с предложением провозгласить СССР полноправным наследником Российской империи. И, соответственно, взять на себя все ее права и обязательства. В связи с чем, я хотел бы предложить уточнить наши взаимные интересы с учетом этой небольшой, но очень важной детали.

— Иными словами, вы хотите установить границу между нашими государствами по той линии, что была в одна тысяча тринадцатом году? — осторожно поинтересовался Риббентроп.

— Именно так. Кроме того, нам хотелось бы, чтобы вы учли наши интересы в Прибалтике, Финляндии и в других регионах.

— Вы считаете, это выгодно Германии?

— Более чем, — улыбнулся Молотов.

— Чем же? Можете пояснить?

— Охотно. Мы отлично понимаем, что перед Берлином стоят две важные военные задачи — разгром Польши и Франции.