Сталин: тайны власти

«Коллективность» обусловливалась, напрямую зависела, поддерживалась, сохранялась принципиально иным — с огромным трудом сбалансированными противоречиями, разнородными взглядами и интересами членов «триумвирата», их откровенными и небезосновательными притязаниями на единоличное, как исстари повелось, лидерство. Достигнутое равновесие сил пока еще не обрело постоянной устойчивости, не стало привычным, поэтому должно было восприниматься как вынужденное, чисто временное явление. Но все же именно оно не только оказалось первым раундом жесткой борьбы за власть, но и позволило приступить к тому, что Хрущев назвал «распределением портфелей».

На это и ушли два дня — 2 и 3 марта.

Прежде всего было признано необходимым реорганизовать властные структуры, упростив и сократив их. «Иметь в Совете Министров СССР вместо двух органов — Президиума и Бюро Президиума, один орган — Президиум», в состав которого должны были войти председатель Совета Министров и его первые заместители, являвшиеся одновременно и членами Президиума ЦК. Аналогичную перестройку претерпели и высшие партийные органы, где также были слиты Бюро Президиума и Президиум ЦК.

Вторая группа вопросов, естественно, определила персональный состав новых органов власти. Президиум ЦК включил, помимо членов упраздненного бюро — Г.М. Маленкова. Л.П. Берия, К.Е. Ворошилова, Н.С. Хрущева, Н.А. Булганина. Л.М. Кагановича, М.З. Сабурова, М.Г. Первухина, В.М. Молотова и А.И. Микояна. Президиум же Совета Министров оказался вдвое меньше: председателем утвердили Маленкова, а его первыми заместителями — Берия, Молотова, Булганина и Кагановича.

Наконец, для того чтобы юридически оформить и тем самым официально закрепить реорганизацию, решили провести не 4 марта, а лишь 5 марта, в 8 часов вечера, совместное заседание пленума ЦК КПСС, Совета Министров и Президиума Верховного Совета СССР.

Важность происшедшего оказалась настолько очевидной, что информацию о нем, хотя и в донельзя завуалированной форме, почти незамедлительно предали гласности. Газета «Правда» в передовой статье номера уже за 5 марта «Великое единство партии и народа» при традиционном объеме, заполненном дежурным, по сути, бессмысленным набором пропагандистских штампов, упомянула лишь три фамилии. Разумеется, Ленина, Сталина и еще… Маленкова. Только их. Тем самым как бы предвосхищалось безусловное и единогласное одобрение смены руководства на совместном заседании. А его участникам и всем остальным руководителям — среднего и низшего звена, — прямо указывалось, чьи распоряжения отныне следует принимать к беспрекословному исполнению, на кого именно нужно ссылаться прежде всего и пренепременно в статьях, выступлениях.