Сталин: тайны власти

Майоров поставили иной диагноз — гипертоническая болезнь. 29 августа Тимашук снова сделала Жданову электрокардиограмму, укрепившись в прежнем заключении, но по требованию Егорова и Майорова вынуждена была письменно подтвердить не свой, а их диагноз. Тут же, дабы обезопасить свой авторитет, она написала докладную записку на имя Власика и передала ее начальнику охраны Жданова подполковнику А. М. Белову. Тот незамедлительно отвез ее в Москву и передал B.C. Лынько. Далее и произошло то самое, что впоследствии породило «дело кремлевских врачей».

Лынько доложил о происшедшем Абакумову, но было уже поздно: 30 августа Жданов умер. И все же 6 сентября руководство Лечсанупра вынуждено было провести большой консилиум, в котором участвовали П.И. Егоров, В.Н. Виноградов, В.Х. Василенко, Г.И. Майоров, А.Н. Федоров и другие. Отстаивая честь мундира, они вновь подтвердили, что смерть А.А. Жданова стала результатом именно гипертонической болезни. На следующий день дискредитированная Тимашук была уволена из Лечсанупра. А 22 сентября Власик совершил то, что стало роковым для него и для многих других. На первом листе стенограммы консилиума он сделал запись: «Министру доложено, что т. Поскребышев прочитал и считает, что диагноз правильный, а т. Тимашук не права». Так Власик определил круг тех, кто стал спустя четыре года обвиняемыми по «делу кремлевских врачей».

…1 сентября 1952 г. П.И. Егоров был снят с должности начальника Лечсанупра Кремля, а на его место по предложению Маленкова и Шкирятова назначили генерал-майора медицинской службы И.И. Куперина, до того возглавлявшего Медицинско-санитарный отдел ХОЗУ МГБ СССР. 4 октября Лынько осудили на десять лет «за злоупотребление служебным положением». 18 октября арестовали Егорова, а чуть позже — еще и его предшественника на посту начальника Лечсанупра, А.А. Бусалова, четырех врачей — В.Н. Виноградова, В.Х. Василенко, М.С. Вовси и Б.Б. Когана.

И хотя вскоре, 14 ноября, Берия удалось добиться не только отстранения Рюмина от ведения следствия по «делу кремлевских врачей», но и изгнать его из МГБ, новый куратор следствия, заместитель министра генерал-лейтенант С.А. Гоглидзе, поначалу вынужден был придерживаться все той же, первоначальной линии. 21 ноября, отозвав Власика в Москву, он начал допросы, а 15 декабря подписал ордер на его арест, сформулировав обвинение: «Будучи начальником ГУО, злоупотреблял доверием партии и Советского правительства, преступно отнесся к поступавшим к нему сигналам, чем нанес ущерб интересам Советского государства».