Красный монарх: Сталин и война

Сталин приказал Молотову:

– Мы должны немедленно связаться с немецким посольством.

Вячеслав Молотов позвонил в посольство из кабинета Сталина. Оказалось, граф Шуленбург уже звонил в кабинет Молотова, чтобы попросить немедленно его принять. «Я бросился из сталинского кабинета наверх к себе», – рассказывал наркоминдел. Чтобы добраться от Маленького уголка до своего кабинета, ему понадобилось около трех минут.

Шуленбург приехал с Хильгером. Он вошел в знакомый кабинет, второй раз за ночь и в последний раз в своей карьере. Кремль уже освещали первые лучи летнего солнца. В воздухе повис аромат акаций и роз в Александровском саду.

Шуленбург зачитал телеграмму, которая пришла в три часа ночи по берлинскому времени. Концентрация советских войск на границе вынудила Третий рейх принять соответствующие контрмеры. Когда он закончил, лицо Молотова исказилось от недоверия и гнева. Наконец он произнес, сильно заикаясь:

– Это что, объявление войны?

Шуленбург был так взволнован, что не мог говорить. Он лишь печально пожал плечами. Наконец гнев наркоминдела поборол шок.

– Послание, которое вы мне только что передали, может означать только объявление войны! – почти прокричал Вячеслав Молотов. – Немецкие войска пересекли нашу границу. Немецкие бомбардировщики уже полтора часа бомбят такие советские города, как Одесса, Киев и Минск…

Нападение немецких войск Молотов назвал неслыханным в истории злоупотреблением доверия и добавил, что Советский Союз не сделал ничего, чтобы заслужить подобное отношение к себе. На этом разговор закончился. Граф фон дер Шуленбург, которого Гитлер казнит за участие в июльском заговоре 1944 года, пожал руку хозяину кабинета и ушел.

Сразу после этого Вячеслав Молотов побежал в кабинет Сталина.

– Германия объявила нам войну! – сообщил он.

Услышав эти слова, Сталин как-то обмяк и надолго погрузился в раздумья. «Молчание было долгим и зловещим, – вспоминает Чадаев. – На его рябом лице застыла сильная усталость». Жуков свидетельствует, что в эти минуты он единственный раз в жизни видел упавшего духом Сталина.

Наконец вождь пришел в себя.

– Враг будет разбит по всему фронту! – оптимистично заявил он и обратился к военным: – Что вы предлагаете?

Жуков предложил приказать приграничным округам сдерживать натиск немецких войск…

– Разбить и уничтожить, – прервал своего помощника нарком Тимошенко, – а не просто сдерживать!

– Напишите приказ, – кивнул Сталин, который, похоже, все еще находился под впечатлением своего ужасного заблуждения. – Границу не переходить.

Тимошенко, но не Сталин подписал несколько приказов, выпущенных в первое утро войны.