Сталин и разведка

Сталин сказал: «Товарищи из Управления хотят руководить движением. Это никуда не годится… Надо урегулировать это дело».

Заручившись, таким образом, одобрением Сталина, Димитров поддержал позицию болгарских коммунистов.

В своей телеграмме в адрес ЦК БРП от сентября 1941 года Димитров писал:

«София — Велко. 1 сентября 1941 г.

Жан 1.9.41.» (Инициалы Димитрова).

Война велась не только на полях сражений и в подполье, но и в эфире.

Радиопропаганда через тайные радиостанции в Москве началась уже в конце июня 1941 года. Задачами коминтерновской радиопропаганды были «в первую очередь, содействовать разложению тыла германской, также как и тыла итальянской, финляндской, венгерской и румынской армий»; «внедрение в сознание германских народных масс и солдат, что военное поражение Германии, уничтожение гитлеризма и разрушение его военной машины — является единственным путем для отделения Германии народной от Германии гитлеровской, для освобождения первой — уничтожив вторую»; «содействие разрыву с гитлеровской Германией стран, находящихся в зависимости от германского империализма (Италия, Финляндия, Венгрия, Румыния и т.д.)»; показ «необходимости действенной солидарности всех народов с народом Советского Союза и его героической Красной армией».

Насколько действенной была радиопропаганда? Опросов общественного мнения в годы войны, естественно, не проводилось и рейтинги не определялись. Можно лишь с уверенностью сказать, что успехи гитлеровско-геббельсовского вещания на СССР были равны нулю, так как у всех граждан радиоприемники были отобраны. На Западе ситуация была либеральнее, и, бесспорно, «голос Москвы» (как и «голос Лондона») достигал ушей слушателей оккупированных стран и особенно после Сталинграда влиял на их настроения. Об этом имеются многочисленные свидетельства.

Под эгидой Коминтерна функционировали специальные учебные заведения. Имея разные названия, они готовили агентуру и радистов для заброски во вражеский тыл, фронтовых радиопропагандистов, политработников. Это были: техникум № 1 «Кушнаренково» под Уфой, специальная школа в Уфе, школа «резерва братских компартий» в Нагорном под Москвой, антифашистская школа для военнопленных в Красногорске, ряд других школ военнопленных.

Для работы среди военнопленных существовала специальная комиссия. Ее работа в лагерях велась совместно с НКВД и Бюро военно-политической пропаганды ЦК ВКП(б).

Работники аппарата ИККИ выезжали в лагеря для бесед и сбора информации о положении в европейских странах, о моральном состоянии армий, выявления «благонадежных» с целью их направления в «антифашистские школы военнопленных». В них, по данным за 1942—1943 годы, обучалось от 150 до 250 человек. Преподавателями были работники компартий соответствующих стран.