Стая

На ситуацию, на эти гребаные обстоятельства, которые не позволяли им поддаться своим желаниям и просто получить удовольствие. От этих пятнадцати-двадцатиминутных встреч уже крыша ехала. Но отказаться от них невозможно. Это уже от него не зависело. Как только видел ее, поневоле начинал придумывать, в какой бы темный угол ее утащить, чтобы поцелуй сорвать и прижать к себе хоть на минуту. А сегодня она своей болтовней его чуть с ума не свела.

Посмотрел на зажатую между пальцев сигарету и понял, что несколько минут уже стоит просто вдыхая воздух. Курить расхотелось. На губах был Юлькин вкус, во рту тоже. В носу ее запах. Не хотелось перебивать это все сигаретным дымом. Выбросил сигарету и снова забрался в машину.

— Все, поехали. Мне еще нужно будет вернуться.

Юля, вздохнув, кивнула.

***

В конце сентября солнце словно спохватилось, что кого-то недогрело, засветило ярко и старательно. Пришло бабье лето. В этом году какое-то по-особенному теплое и нежное — с нежаркими лучами, кучевыми облаками в голубых сферах неба, с багряными закатами. И это хорошо. Теплые солнечные деньки как раз кстати: в конце сентября Таня родила дочь.

Октябрь тоже смилостивился. Обдавал вялыми ветрами и время от времени несмелыми дождями. От таких земля толком не промокала, но и высыхать не успевала. Не сказать, что такая погода вгоняла в депрессию, нет, бодрила. Бодрила своим теплом, уже наверняка последним; участливым солнцем, которое будто извинялось, что теряло свою силу; сочным запахом влажной увядшей листвы.

Таня встретила брата немного заторможено, как встречают нежданных гостей. Но Денис знал — это все от усталости. Ребенку чуть больше месяца от роду, какая уж тут бодрость духом. Только-только сестра начала в себя приходить, да и бессонные ночи делали свое дело.

Чмокнула в щеку, приняла из рук пакет, — Денис, как обычно, по дороге заехал в магазин и купил всяких вкусностей, чтобы порадовать сестру, — улыбнулась не широко, но искренне. Счастливо.

Из гостиной доносилось мягкое воркование тёти Раи. Денис сбросил с плеч кожаную куртку и, прислонившись к дверному косяку, тихо сказал:

— Салют. Не спите?

— Нет, — улыбнулась Рая, с любовью глядя на малышку у себя на руках. — Мир изучаем.

— Руки сначала помой, — строго донеслось с кухни.

— Сам бы не догадался. А еще мне намордник, белый халат и бахилы!

— А можно без комментариев?

— Никак нет, — отчеканил и скрылся в ванной, чтоб вымыть руки и переодеться. На стиральной машинке его ждали чистые отглаженные вещи. У Тани не забалуешь. Все стерильно, как в больнице. Денис и не спорил: у каждого свои примочки. А раз дело касалось ребенка, мамочке виднее. Натянул приготовленные для него футболку и джинсы.

— А муж где? — зашел сначала на кухню перекинуться с сестрой парой слов.