Законы стаи

Я жил в порту около шести лет, но он так больше и не вернулся… Первое время я еще пытался найти работу и скопить денег на переезд. Я мог бы быть, например, учителем. Я знаю грамоту и тогда еще помнил кое-что из вдолбленной мне в голову науки… Только кому нужен безногий, говорящий с акцентом?

-- Сколько вам лет сейчас? – полюбопытствовала Мари.

Старик недружелюбно глянул на нее и ответил:

-- Пятьдесят с чем-то, кто ж сейчас точно скажет…

Глава 33

Глава 33

МАРИ

Домой мы возвращались ближе к вечеру. Оба находились под впечатлением от рассказа дель Корро.

Еще не слишком понимая, как и что, но я чувствовала, что в этом знакомстве для нас есть некие шансы.

Старику нужна была помощь. Избили его не просто так, происходил некий передел территории. Один из жильцов этого нищенского поселка решил отжать торговлю циновками.

До этого момента две старухи, живущие здесь, обрабатывали водоросли, еще несколько человек плели циновки. Старик носил это добро в город и торговал ими на рынке. С вырученных денег он оплачивал торговое место, вносил некую сумму в общак нищих, а на остальное покупал продукты и приносил их на себе. Еда делилась между всеми участниками «бизнеса».

И обе старухи, и три женщины, которые плели циновки, сами не ходили. Так что до недавних пор в содружестве нищих старик был кем-то вроде бригадира.

Недавно одна из женщин сошлась с новеньким, прибившимся к этой компании. Был он здоров и молод, что именно побуждало мужика жить с калеками – не слишком понятно. Именно этот новоявленный альфач и валялся пьяный возле одной из хижин. Именно он и избил старика. Этот самый Фент считал, что продавать циновки он может и сам. А также тратить деньги на еду, выделяя часть себе на выпивку.

Между неходячими жительницами поселка возникли конфликты. Старухи не хотели работать с Фентом, а вот молодые его поддерживали, заявляя, что Болван слишком стар и плохо справляется.

Если не брать во внимание масштабы, то происходил нормальный рейдерский захват. То, что старик проиграл, мне было совершенно понятно. Здесь все такие вопросы решались силой, а как раз сил-то у него было очень мало.

Мне было жаль его. Пусть он грубоват и хамоват, но все же было в нем что-то человеческое. Я прекрасно понимала, что этот пьющий уродец Фент, со временем подомнет под себя всю общину, а ведь они до сих пор выживали только потому, что держались вместе и достаточно честно делили еду.

А участь старика представлялась мне совсем уж незавидной. Работу он не найдет ни в городе, ни в Мормышках – слишком стар и слаб, а попрошайничество в городе запрещено. И судя по его рассказам, это не просто местный обычай, а именно закон. За попрошайничество отлавливали и отправляли в каменоломни, принадлежащие герцогу.