Законы стаи

В общем-то, так мы и сделали – догуливать будут без нас. Члены стаи явно не ограничатся остатками пива и пойдут или в трактир, или к девкам.

Когда возвращались домой, уставшая Мари спросила:

-- Интересно, куда старик подевался? Ты заметил, последние два дня он нас не ждал на дороге?

-- Да, кто его знает. – ответил я. – Может циновки кончились, может еще что.

Этот бессмысленный разговор о Болване был последним, что я запомнил со дня своей свадьбы.

Утро следующего дня началось непонятно. Олла, похоже, не ночевала дома. Проснулся я от ее голоса:

-- Светлые боги, сынок, что же вы наделали!

Я таращился на мать, ничего не понимая спросонок, а она, чуть не плача, стояла у моей кровати, прижимая к груди, стиснутые в кулачки руки. Помотал башкой, приходя в себя, протер глаза.

-- Мам, что случилось?

-- Сынок, ну как же так-то?! Когда же вы успели-то?! А как же теперь…

Я чувствовал себя полным идиотом. Явно мы что-то сделали не так. И Оллу это пугает и расстраивает. Секунду подумав, я спросил:

-- Мам, ты чего так убиваешься-то?"

"Вчера мы даже не вспомнили, что для нас с Мари приготовлено супружеское ложе в маленькой клетушке. Как только переступили порог дома – рухнули на свои привычные места. Я – на койку на кухне, а Мари – в комнате Оллы. Она что, переживает, что мы отложили брачную ночь?

В дверях комнаты показалась заспанная лохматая Мари. Она так и застыла в проеме, лениво расчесывая волосы и слушая нашу беседу.

-- Сынок, а что же я соседям-то покажу?!

На несколько секунд я откровенно затупил, пытаясь сообразить, что ей нужно. Честно говоря, так и не понял.

-- Мам, а что именно нужно показать соседям?

Она все еще стояла в ногах моей постели, по-прежнему прижимая стиснутые кулачки к груди, и смотрела на меня с жалостью и испугом. Однако, мой вопрос сильно смутил ее. Олла отвела глаза, нервно вздохнула и даже покраснела.

-- Так сынок… Ежели ты, допустим, сильно устал вчера – так я могу сейчас уйти…

Я понял, что нифига не понимаю. Сипловатым со сна голосом Мари сказала:

-- Может я, конечно, ошибаюсь, но думаю, нужны некие доказательства, что была первая брачная ночь, – она хмыкнула.

-- В каком смысле, доказательства?

-- Да в прямом, – она с улыбкой пожала плечами. – Видел, вчера над калиткой шест приколотили?

-- Видел, конечно.

-- Олла говорила, что это для простыни. Проблема в том, что мы с тобой не позаботились эту самую простынь подготовить, – засмеялась она.

До меня медленно стало доходить, но все же ситуация казалась настолько абсурдной, что я уточнил:

-- Мама, тебе нужна простынь с пятном крови?

Совершенно багровая Олла даже не ответила, а просто молча и яростно затрясла головой, соглашаясь.

Идея посвятить соседей в нашу интимную жизнь казалась мне полным бредом.