Путь Стаи (СИ)

Зачем лекарке знать эти подробности?

— Да, все было в порядке, — как ни в чем не бывало отвечал Хоегард. — И в первую, и во вторую ночь все было хорошо.

— В дальнейшем супружеская жизнь была регулярно?

— Нет, я был вынужден уехать на две недели. Был перерыв, — сообщил он. Динка смотрела с недоумением то на лекарку, то на варрэна. Зачем он все это ей рассказывает?

— А затем, конечно же, накинулся на молодую жену, — проговорила старуха ядовито. — Сколько раз за ночь требовал с нее супружеский долг? По два раза небось?

— Когда два, когда и три, — отвечал Хоегард, не моргнув глазом. Хотя Динку аж передернуло от тона старухи. Это она еще не знает, что Хоегард у нее вовсе не один.

— Вот и доигрался, — неприязненно хмыкнула лекарка. — На стол ложись, — тут же приказала она Динке. Динка замотала головой и снова прилипла к Хоегарду. Неужели он позволит старухе уложить ее на этот пыточный стол, да еще и голой.

— Все в порядке, я буду рядом, — шепнул ей Хоегард, подводя ее к столу и помогая забраться. Старуха защелкнула ей руки браслетами, а затем поставила на боковую подставку сначала одну ногу, тут же пристегнув браслетом щиколотку, затем повторила манипуляцию с другой ногой. Динка задрожала от страха. Она лежала прикованная к столу, совершенно обнаженная и открытая перед лекаркой, которая не вызывала у нее никакого доверия. Если бы не присутствие Хоегарда, она сожгла бы этот чертов стол и сбежала бы прямо так.

Лекарка помыла руки в тазике с водой, повязала себе на пояс чистый передник и подошла к столу вплотную, встав в вырезе столешницы между разведенными ногами Динки. Но никаких страшных пыточных инструментов в ее руках не оказалось. Сначала она принялась обеими руками мять Динкин живот, двигаясь в круговую от правой паховой области, под ребрами и спускаясь слева в пах. После задержалась правой рукой над лобком и принялась что-то сосредоточенно там ощупывать сквозь кожу и напрягшиеся мышцы. Только Динка расслабилась, сообразив, что пытать ее не собираются и это просто часть общего осмотра, как лекарка свободной рукой быстро раздвинула ее половые губы и запустила в лоно два пальца. Динка вскрикнула и дернулась от боли и грубых прикосновений к интимной части ее тела. Хоегард рядом напрягся, но, не зная, что он может сделать, остался на месте, сжимая Динкину руку.

— Тихо ты, — прикрикнула на нее старуха. — Чего пищишь?

— Больно… — робко прошептала Динка.

Лекарка времени зря не теряла, деловито и со знанием дела ощупывая внутренности Динки с двух сторон: правой рукой сквозь живот, левой рукой через лоно.

— Потерпишь, — пренебрежительно бросила лекарка. — Перед мужиком ноги раздвигать ей не больно, а тут два пальчика уже больно!

Динка закусила губу от обиды.