Путь Стаи (СИ)

Надеюсь, нам с тобой скучно не будет.

— О нет! — довольно засмеялся он. — Скучать я тебе точно не дам.

И тут же обернулся к хозяйке лавки, копошившейся за стойкой.

— Уважаемая, не подскажете нам как предпочитают проводить свидания влюбленные вашего города? — обратился он к ней вежливо, разом включив все свое обаяние.

— О! — хозяйка заведения, полная, но еще не старая женщина, залилась краской от того, что он обратился напрямую к ней. До этого она общалась только с Динкой, а Шторос с видом охранника стоял у входа и зорко следил за происходящим на улице.

Динка с интересом наблюдала за женщиной. Что же такое находят в нем все женщины? Динке казалось, что она не ощущает ничего подобного. Сначала она его боялась до смерти, а потом он, без перехода, вдруг стал принадлежать ей, а она ему. Она отдалась ему и Хоеграду, чтобы вытащить их из тюрьмы, потом еще на отмели, и еще… Побыть просто влюбленными, как поют об этом бродячие музыканты, чтобы глаза в глаза и рука в руке… Чтобы перехватывало дыхание от восторга, а в животе порхали бабочки… Такого шанса судьба им до сих пор не давала.

— Сначала влюбленные нанимают экипаж и катаются по городу, — запинаясь начала перечислять женщина после ободряющего кивка Штороса. — Затем идут в театр, если у них есть деньги. А потом…

— Потом? — заинтересовано переспросил ее Шторос.

— Потом гуляют в парке тысячи фонариков, — закончила хозяйка лавки, в волнении прижимая руки к груди.

— Хорошо, — протянул Шторос, покосившись на Динку. Та стояла, не веря своему счастью. Он действительно собирается сводить ее в самый настоящий театр? Бродячие музыканты, заходившие к ним в деревню, рассказывали, что самые прекрасные сказки оживают на подмостках театра. Как бы она хотела это увидеть! Ожившая сказка, где прекрасный принц спасает свою возлюбленную из рук злодея, а затем ведет ее к алтарю и нежно целует ее в сахарные уста…

— Нам надо как-то приодеться для свидания, не так ли? — продолжал он расспрашивать хозяйку лавки. — У вас найдется что-нибудь подходящее для меня и для моей возлюбленной?

— Ох да, конечно! — снова смутилась хозяйка и бросилась в подсобное помещение.

Шторос торжествующе посмотрел на Динку, а она робко улыбнулась ему в ответ."

"— Вот, примерьте, пожалуйста, — вернулась продавщица и разложила перед ними на прилавке нарядную одежду. Пока Шторос задумчиво вертел в руках черный камзол с блестящими пуговицами, Динка не могла оторвать взгляд от платья. Яркое, серебристое, из нежного струящегося шелка, оно казалось воплощением всего женственного, прекрасного, возвышенного. Даже то платье, которое она когда-то выменяла на бутылку вина, не могло сравниться с этой красотой.