Назад в СССР 2

В стране, где гаишники на дохлых мотоциклах ездят, рано пока думать о служебном транспорте для оперов.

До ЖЭКа пришлось добираться, как всегда, на общественном транспорте. Нужная остановка оказалась оккупирована огромной лужей. Но закаленных в битвах за сидячие места граждан она не остановила. Толпа весело и дружно ринулась на штурм автобуса, подхватила нас и занесла внутрь. На сиденья мы не претендовали и скромно повисли на поручнях “скотовоза”. ЛиАЗ-луноход имел стоячих мест раза в три больше, чем сидячих. За сходство со стойлом и получил свое народное прозвище. Пожалуй, это был самый любимый и одновременно нелюбимый советскими гражданами автобус. Любили его за вместимость, за мягкие сиденья, за то, что можно сесть на боковой диванчик и наблюдать, как рулит водитель, и одновременно видеть улицу через огромное лобовое стекло. А на кочках, если стоять на задней площадке и подпрыгивать, то можно раскачать корпус так, что весь автобус будет пружинить. Выпускали его с пятидесятых вплоть до нулевого. Не автобус, а машина времени. Но были у него и свои недостатки. Летом, в час пик в тридцатиградусную жару, он превращался в металлическую жаровню. Откатные малюсенькие форточки и вечно неработающие люки на крыше не справлялись с вентиляцией. К тому же, скотовоз отличался тихоходностью. Он даже на трассе не мог выдать больше семидесяти километров в час.

Но сейчас была осень, поневоле жавшиеся друг к другу граждане лишь раздражали вторжением в личное пространство.

Автобус тронулся, плавно покачиваясь, словно утка на пруду. Вырулил на улицу и стал неспешно набирать скорость. Но вдруг резко затормозил. Люди синхронно качнулись вслед. Опершиеся на поручни ребрами, вскрикнули и стали кидать водителю стандартное, мол, не дрова везешь, аккуратнее давай, а то и амбицию в кровь можем разбить за такое вождение. Где только таких водителей берут? Вот раньше шоферы были, а сейчас…

Миры разные, а незыблемые проблемы общественного транспорта одинаковы. Из СССР они перекочуют и в Россию. Хоть и сменились скотовозы на микрики-маршрутки, но в час пик все то же самое.

Через несколько остановок в автобусе стало посвободнее. По “стойлу” даже можно было ходить. На остановке возле Драматического театра в скотовоз взгромоздилась женщина с уставшим лицом и двумя раздувшимися от продуктов авоськами в руках. Седые виски и хмурый взгляд добавляли ей лишний десяток лет. Она ловко примостилась возле бокового поручня рядом с компостером и выдохнула.