С/с. Том 26

— Прошу вас пройти туда, где эти старые вороны не смогут подслушать. — обратился Ренкин к дежурному клерку, умышленно повышая голос.

— Конечно, конечно, лейтенант, — засуетился тот, предлагая для уединения служебное помещение. — Случилось что-нибудь?

— Не с вами, — успокоил его Ренкин. — Для начала хотелось бы знать, как вас зовут?

Этот безобидный вопрос взволновал клерка еще сильнее.

— Эдвин Брайер.

— Когда ваш постоялец по фамилии Шеппи ушел из гостиницы?

— Примерно в половине одиннадцатого.

— Он был с женщиной?

— Да. Она просила меня вызвать его из номера. Пока мы с ней разговаривали, мистер Шеппи спустился на лифте, и они ушли.

— Ваше впечатление об их встрече? Думаете, они были близки?

— Мистер Шеппи вел себя с ней довольно фамильярно.

— А именно?

— Он подошел к ней сзади и воскликнул: «Привет, крошка!» При этом он слегка ущипнул ее за попку.

— А она?

— Она хихикнула, но я заметил, что фамильярность ей не понравилась. Она не из тех женщин, которым нравятся вольности. В ней чувствовалось осознание собственной значительности. Или скорее собственного достоинства. Это трудно передать словами, но мне бы и в голову не пришло ущипнуть ее.

— Это ничего не значит, — вмешался я. — Джек не признавал никаких табуированных правил поведения. Он ущипнул бы и жену Цезаря, случись у него такая возможность. Когда на него находило игривое настроение, он забывал обо всем на свете.

Ренкин нахмурился:

— В то, что он забывал, я вам верю, Брэндон.

Лейтенант повернулся к гостиничному служащему:

— Вы сможете описать эту женщину?

— Она очень привлекательна. — Брайер нервно потер руки. — Брюнетка, хорошая фигура, одета в темно-синие спортивные брюки и белую блузку. На ногах пляжные туфли. Лица я как следует не разглядел: на ней была соломенная шляпа с большими полями и очень большие темные очки.

— Возраст?

— Двадцать с небольшим, вероятнее всего, двадцать четыре, двадцать пять.

— Узнаете вы ее, если встретите снова?

— Безусловно. Такие не забываются.

— Предположим, она окажется без шляпки и темных очков и, скажем, в вечернем туалете. В таком наряде вы ее узнали бы?

Брайер задумался. На его лице появилось растерянное и даже немного глуповатое выражение.

— Может быть, — неуверенно протянул он.

— Значит, вы запомнили не внешность женщины, а скорее ее одежду?

— Гм. Пожалуй, вы правы.

— Итак, в вопросе опознания на вашу помощь рассчитывать не приходится, — констатировал Ренкин. — Ну ладно, бог с этим, что было потом?

— Мистер Шеппи еще сказал, что ему нужно поскорее вернуться. Я видел, как они уехали на его машине.

— Выходит, свою машину она оставила здесь?

— Не заметил я никакой другой машины. Думаю, она пришла пешком.

— Дайте мне ключ от его номера.