С/с. Том 2

Она сказала, что все, что я играю, должно записываться на магнитофон… Чтобы оставить свои записи для потомков… Она так сказала… Чудесная она все же девушка. Вы не находите? Она словно вырвала меня из летаргического сна. Вы только послушайте, — и своим длинным, изящным пальцем она нажала кнопку магнитофона.

Лишь к концу этюда Шопена Петтерсон несколько оправился от шока.

«Бог мой! — подумал он. — Вот ловкачка! Вот это удар! Вначале микрофон… сейчас магнитофон. Она не тратит время попусту!»

— Мне нужно, чтобы вы подписали всего шесть документов, после этого я немедленно исчезаю, — сказал он, протягивая старой леди авторучку с золотым пером.

— Что это за бумаги, Крис? — спросила старая леди, потянувшись за очками.

— Сертификаты купли-продажи ценных бумаг. Мне очень жаль, что я вынужден отнимать ваше время, заставляя заниматься этой неприятной процедурой. Но нужно несколько переориентировать ваши бумаги. Ваш доход в этом месяце составил сорок тысяч долларов. Основа выигрыша — это постоянная покупка и продажа.

Старая леди надела очки.

— Сорок тысяч, — она довольно глянула на него. — Умный мальчик! — Она положила свою сухую, горячую руку на его. — Это замечательно!

— Рад сделать это для вас, — сказал Петтерсон, чувствуя, как по лбу его скатываются капельки пота. — Пожалуйста, здесь…

Расписывалась она размашисто и неразборчиво. Он перелистывал документы по мере того, как она подписывала их. Наконец наступила очередь письма. Заметит ли? Старая леди уже хотела подписать письмо, как вдруг нерешительно остановилась.

— А это что такое, Крис?

Он глянул на бланк, чувствуя, как сильно заколотилось сердце."

"— Нужно продлить аренду пентхауза, — сказал он.

— Вот как? — она подняла глаза. — Я думала…

— Банк обязательно должен иметь эту бумагу… Извините, но…

— Не стоит извиняться, Крис. Я довольна вашей заботой.

Петтерсон смотрел, как она ставит подпись, затем перевернул письмо и подложил следующий документ.

«Все в порядке, — подумал он с облегчением. — Осталось только убедить Фэллоуза».

Подписав последний документ, старая леди некоторое время болтала с Петтерсоном на отвлеченные темы, время от времени похлопывая его по руке своей сухой ладошкой. Петтерсон слушал, улыбался, говорил ей комплименты до тех пор, пока на террасе не появился Бромхид.

— Осталось лишь десять минут, ма-адам, — сказал он голосом вышколенного слуги.

— Вот видите, — старая леди еще раз игриво похлопала Петтерсона по руке. — Никак не оставят в покое. Приходите завтра к восьми вечера на ужин. У меня соберутся несколько друзей.

— Благодарю… приду с удовольствием. — Петтерсон сложил бумаги и спрятал в дипломат.

— И не забудьте надеть черный галстук, — напомнила старая леди в то время, как он поцеловал ей руку.