Средний возраст

Бай Шуфэнь чувствовала себя пробкой, упавшей в море: утонуть не утонешь, но разбушевавшиеся волны швыряют тебя то туда, то сюда, и каждый удар больнее предыдущего…

Бай Шуфэнь пришлось увидеть и испытать столько, что историку, который вознамерился бы это описать, хватило бы материала на всю жизнь. От постоянных потрясений и треволнений в ее голове была сумятица. Но все же стремление искать для родины, для народа подземные сокровища сохранялось в ее душе, как сохраняются в пластах угля семена доисторических растений. Сколько раз она решала: ну, теперь-то мы начнем заниматься геологией! Но каждый раз ее мечты, рожденные песней о ветре ущелий, колышущем наши знамена, лопались подобно мыльным пузырям.

Когда вооруженная борьба между группировками хунвэйбинов в геологическом институте достигла наибольшего накала, Бай Шуфэнь принадлежала к самой сильной из них — «Алеет восток». Но она лишь значилась в ее списках и при первой возможности укрылась в доме своей тетки, жившей в одном из пекинских переулков. Семья тетки тоже натерпелась от «кульрева»[85], ее жизненное пространство было мизерным. Ночью для Шуфэнь стелили на полу, днем же ей приходилось идти куда-нибудь, чтобы не мешать другим. Она свела знакомство с соседской девушкой Е Юйцю. Она была моложе Шуфэнь на два года, и из-за слабого здоровья ее не отправили на постоянную работу в деревню. Она сидела дома, ожидая распределения. Квартиру ее тоже нельзя было назвать просторной, но все-таки в ней отыскался уголок, чтобы почитать, поговорить. И они часто вдвоем сидели в этом уголке, читали немногие уцелевшие от погромов книги иностранных писателей, подолгу обсуждали какие-то им одним ведомые проблемы…

Потом Бай Шуфэнь узнала, что в институт вступил «рабочий агитотряд» и положил конец вооруженным столкновениям. «Песня геологов» опять зазвучала в ее душе, и она вернулась, чтобы самой разобраться в происходящем. Но ее сразу же вызвали в агитотряд и сообщили, что принято решение о перебазировании института. Ведь было же сказано: «Сельскохозяйственный вуз в городе — это абсурд!» Значит, геологический вуз в городе — тоже «абсурд», его надо перебазировать в какое-нибудь ущелье… Бай Шуфэнь включили в подразделение, ответственное за перевозку материальных ценностей. К этому времени институт представлял собой плачевное зрелище. На стенах корпусов были видны следы пуль и пожаров, трудно было найти целое оконное стекло, некогда ухоженный стадион превратился в мусорную свалку.