Средний возраст

Будут сносить! Для множества пекинцев, по-прежнему обитавших в допотопных, неудобных, как правило, перенаселенных одноэтажных домах, это была радостная весть, словно лестница к свету и счастью. Старые дома сносили, когда расчищали место для крупных общественных сооружений, когда учреждение или предприятие нуждалось в дополнительных производственных площадях и в жилье для начальства, когда дом приходил в аварийное состояние. Первые десять-пятнадцать лет власти внимательно относились к запросам жителей сносимых домов. При переселении в новые дома они почти всегда получали большую жилплощадь, разным поколениям семьи уже не приходилось ютиться в одной комнате. Но и сами переселяемые в те годы не выдвигали чрезмерных претензий, а те, кому переселение пока не светило, им не завидовали: они видели, что городское строительство идет быстро, и надеялись, что и их черед не за горами. Ведавшие переселением чиновники в те времена были, как правило, справедливыми и честными, случаи взяточничества или незаконных поблажек «влиятельным лицам» были редкостью. И сейчас еще люди с удовольствием рассказывали, как повезло жителям зданий, снесенных во время строительства Дома народных представителей. Они не только въехали в новые, куда более просторные квартиры, но по личному приглашению мэра города стали первыми посетителями величественного дворца. В сверкавшем золотом и лазурью банкетном зале для них был устроен такой прием, какого им не забыть до конца дней своих…

Но в целом, конечно, историю городского строительства в Пекине никак не сравнишь с плаванием при попутном ветре."

"Окинем взглядом жилые дома, построенные в городе и его окрестностях за три десятилетия. Многоэтажные здания позади парка Цзиншань типичны для начала пятидесятых годов: островерхие крыши из глазурованной черепицы, широкие окна с металлическими рамами, комнаты по двадцать и более метров… Конечно, это было неэкономно, зато отвечало настроениям тех лет: вот что такое социализм, а там и до коммунизма недалеко! Домов второго поколения построено немного — в Западном городе и недалеко от ворот Гуанцюй. Высокие и многосекционные, но уже без затейливых крыш, они были задуманы как образцы «жилого фонда городской народной коммуны». Тогда, в 1958 году, были такие настроения, что, мол, «коммунизм уже у нас перед глазами», а какой же коммунизм без телефонов и электричества? И переселенцы въезжали в новые дома под горделивые звуки гонгов и барабанов, сопровождаемые завистливыми взорами соседей. Но очень скоро — после абсолютного успеха «большого скачка» в теории и его полного провала на практике — строительство домов подобного типа прекратилось, а их жильцы стали испытывать бесконечные мучения.