Волк среди воров

Как-то раз он сказал, что если ему потребуется узнать, что записано на отрывном календаре в кабинете президента России, то за несколько дней он это узнает, причем узнает, не покидая собственного дома.

Задача, над решением которой он трудился сейчас, была несравнимо доступнее. Не секреты внешней политики выведать или угадать дату, на которую назначен новый дефолт, а всего-то отыскать в Питере одного вконец оборзевшего мордобойца по прозвищу Грек. Аскольд Глебович азартно кликал «мышкой», выводя на экран имена нужных людей, способы связи с ними, их возможности, компромат. Выстраивалась вполне работоспособная схема. Когда она вчерне была готова, в дверь постучали.

- Я… - Стрелковский узнал голос водителя и открыл.

Охранник сел на стул. По его лицу было видно, что он принес неприятные новости.

- Ну, чего там? - поторопил Стрелковский. - Говори!

- У Рустама яйца в лепешку. Проще отрезать, чем вылечить.

- Хреново! А у Вадима?

- Касательное ранение, фигня, заживет. Через неделю сможет брейк танцевать.

- Понятно. Так что там с Рустамом? Я же вижу, ты не все мне сказал!

- Короче, нарк он законченный. И на дело приехал, нажравшись какой-то херни. Поэтому мы и облажались.

- Вот так, проглядели. Я виноват! Там, в Чехии, наверное, все началось.

Стрелковский прищурился:

- А ты мне не заливаешь? На Рустама сейчас выгодно всех собак вешать!

- Да вы с ним попробуйте поговорить и в глаза посмотрите. Все сразу станет понятно!

- Ладно, я тебе верю.

- С ним надо решать. Или доктора звать, или…

- А зачем нам кастрат? Гарема у меня нет и в будущем не предвидится. Чтобы он нам арии пел, новоявленный Фаринелли? Так я оперу не люблю…

Водитель ушел, Стрелковский запер дверь и вернулся к компьютеру. Перерыв сказался на работе положительным образом. Только взглянув на экран, Аскольд Глебович нашел легкое и остроумное решение, одним махом упрощавшее всю схему. Посмеиваясь, он взялся за телефон, чтобы привести в действие механизм…

Рустама вывезли из поселка в том же «ниссане». Перед поездкой сделали обезболивающий укол, от которого напала сонливость. Пока тряслись по грунтовой дороге, он окончательно задремал.

- Чего этому недоумку приснилось? - обратив внимание на блуждающую по лицу Рустама улыбку, спросил пассажир, сидевший рядом с водителем.

Рустам видел приятный сон. Видел то, что было на самом деле. В девяносто первом году, как только пошли разговоры о независимости и отделении, с автоматом на плече он приперся в свою школу и отыскал бывшую классную руководительницу. Поимел ее во всех позах и разными способами, а потом пристрелил. Это были первые изнасилование и убийство, которые он совершил. Потому, наверное, и запомнились ярче других…

Он умер во сне, улыбаясь.