Спорим, влюбишься?

– Но? Ты не воспитанный?

– Средне-испорченный. Знай, что каждый делает что-то с выгодой для себя, особенно, если появляется такая возможность.

Что он вообще несет? Какая к черту выгода? Миша встал с кровати и уже у двери обернулся.

– Завтра в шесть?

– Что?

– Бег по утрам. Или ты передумала?

– Не передумала, – еле слышно произношу я, уткнувшись взглядом в свои ладони.

* * *Всю ночь я проворочалась без сна. И только к пяти утра окончательно осознала, что после случившегося, я не то, что не смогу бегать с Медведевым, а вообще не смогу на него смотреть. По крайней мере не в ближайшие пару недель. Искренне надеюсь, что он будет так же отсутствовать дома, как и раньше. Однако, как будто специально, без пятнадцати шесть я услышала стук в дверь. Натянула по самый нос одеяло, как только Миша вошел внутрь.

– Маш, у тебя пятнадцать минут на сборы.

– Я не смогу. Бегай без меня.

– Почему?

Потому что я такая же трусливая сопля, как и ты. Нет, трусливее.

– Потому что сопля. В смысле у меня сопли, я приболела, – уткнувшись взглядом в точку на стене, еле слышно произношу я.

– Может, что-нибудь принести?

– Спасибо, не нужно. Надо просто отлежаться.

– Ну, тогда выздоравливай.

И тебе не хворать, свинья. Не знаю, как так вышло, но я действительно провалялась почти весь день. Как какая-то преступница вставала только в туалет, прислушиваясь к звукам. И только к ночи подкралась к холодильнику.

Буквально проглотив три сосиски, во мне вдруг появилась не только какая-то сила, но и снизошло озарение. Этот трус сбежал вчера утром не по работе, а боялся попасться мне на глаза. А из-за того, что теперь я сгораю от стыда за вчерашний просмотр кино, он убежден в том, что теперь я не покажусь ему на глаза! Собственно, я уже это сделала, придумав несуществующую болезнь. Вот она его выгода! Вот же гад. Ну, погоди у меня.

В эту ночь я выспалась прекрасно. Спасибо Всевышнему за прозрение и необычайную силу. Встала сама без будильника. Умылась, привела в порядок волосы и, переодевшись в одежду, подходящую для бега, направилась в комнату Миши.

Рискованно с моей стороны заходить без разрешения в спальню к мужчине. Но, видимо, съеденные накануне сосиски влияют на меня положительно. Смелость так и прет. Аккуратно сажусь на край кровати и в очередной раз принимаюсь изучать его лицо. Ничего примечательного, чтобы в такого влюбляться. Так и хочется взять бритву и немедля убрать эту ужасную бороду. Только я подумала об этом, как Миша перевернулся со спины на бок. А затем неожиданно открыл глаза. Смесь удивления и… интереса?

– Матерь Божья, – хрипло прошептал он.

– Всего лишь, просто Мария. Намасте, – складываю ладони в типичном жесте.

– Что ты тут делаешь?

– Сижу на твоей кровати.