Спорим, ты влюбишься?

– Так в чем ты хотел признаться? – напомнила я, как только дверь закрылась.

– Потом, – хмуро буркнул Влад. – Заставлять ждать Александровича – очень, очень плохая мысль.

Нам пришлось попетлять, прежде чем мы нашли палубу, где предавалась удовольствиям праздной жизни основная часть нашей компании, и уселись за столик.

– Так в чем ты хотел признаться? – я не собиралась отступать.

А вот Влад, кажется, уже пожалел о своей попытке пооткровенничать.

Он ревниво поглядывал на соседний столик, где расположились Элеонора с Александровичем. Рядом с ними восседал Серж и что-то рассказывал олигарху. Тот, кажется, слушал его с интересом.

Ага… Пока Влад рассматривает картинки, кое-кто не теряет времени! Это надо же так умудряться везде успевать! Я с интересом пригляделась… Что бы там ни говорил Серж хозяину яхты, он был краток. Они пожали друг другу руки – и олигарх с явным удовольствием развернулся к актрисе.

А Серж с довольной улыбкой двинулся в нашу сторону. Я уже говорила, что он умудряется успевать везде? Хотя на этот раз он ничего не успел сказать. В одну секунду все смолкли, повернули головы и уставились в одну точку.

Я проследила за их взглядами и обнаружила, что народу на палубе прибавилось ровно на одну персону. Со стороны кают к нам приближалась юная нимфа. Земное происхождение длинноногой светловолосой девушки выдавала только одежда: вряд ли потустороннее существо облачилось в короткие шорты и розовую майку.

– Добрый день! – обратилась она ко всем, скромно улыбнувшись, и направилась прямо к бару.

Все продолжали зачарованно смотреть на невесть откуда возникшую девицу. Действительно, отвести глаза от нее было трудно. Она не была классической красавицей, пожалуй, черты лица были слишком крупноваты. Но ее манера держаться была выше всяких похвал. Наверное, так умели подавать себя лишь лучшие представители аристократии: уверенно, сохраняя чувство собственного достоинства, но при этом легко и просто.

– Рад представить вам свою дочь, – прервал затянувшееся молчание Александрович. – Евгения, моя главная гордость.

И тут же произнес, обращаясь к ней:

– А это Элеонора! И ее друзья.

Ну что ж, тут все ясно. Для миллиардера существует только она. Все остальные оказались на яхте исключительно в качестве свиты, массовки. Нас даже по именам не нужно запоминать. Так что, похоже, Влад зря старался произвести впечатление…

Но сейчас, похоже, впечатление произвели на них на всех. От дочки олигарха не могли отвести взгляд абсолютно все. Разве что счастливый молодожен едва скользнул по девушке взглядом. Даже страдающий от предательства Ванечка ненадолго забыл о своей скорби. Да и оба мужчины, что были рядом со мной, пялились совершенно беззастенчиво.