Спорим, ты будешь моей?

Эрик как-то печально вздохну и спросил каким-то жалобным тоном:

– Может, на экипаже поедем?

Даже не знаю почему, но во мне проснулась какое-то женское упрямство:

– Я поеду на подземке. Но ты, если хочешь, можешь, конечно, нанять себе экипаж.

Дарквотер еще раз печально вздохнул и пошел в кассу. Кассирша флегматично посмотрела на него, взяла купюру, на некоторое время застыла… видимо, считала нули. Хотела, наверное, поскандалить, но сообразила, что перед ней юный лорд. Так что ей деньги ей пришлось принять с видом великого одолжения. А затем, недовольно поджав губы, принялась медленно и обстоятельно отсчитывать сдачу.

– Четыре тысячи восемьсот шестьдесят лир! – с нескрываемым злорадством произнесла кассирша и принялась передвигать через прорезь столбики со сдачей.

Лицо у Эрика в тот момент было непроницаемое! Держался парень молодцом.

– Бонфаер, скажи, что у тебя завалялся крепкий холщовый мешок, – произнес боевик, не спеша забирать сдачу с узкого прилавка по эту сторону защитного стекла.

– Только подаренная тобой сумка, – отозвалась я.

Эрик удивленно приподнял брови:

– Ты все еще с ней ходишь?

– Конечно. Она ж зачарована от воды.

Парень задумчиво посмотрел на мою сумку. Красивую, надо сказать, с дизайнерской росписью крупными цветами.

– Тащить сам будешь! – быстро произнесла я, сообразив, о чем он думает.

Эрик молча протянул мне проездной жетон, а я ему – сумку. Парень одним движением смахнул сдачу, ремень моей сумки опасно натянулся, но выдержал.

Парень закинул себе на плечо ношу и с невозмутимым видом, словно всегда таскает на плече женские сумки, полные вороха мелочи, скомандовал:

– Дамы вперед!

Станция «Королевская почта» была довольно скучной. Тусклый свет светильников слабо освещал простые оштукатуренные стены, казавшиеся серыми. Пол был выложен гранитной плиткой, уже местами затертой от потока людей. И единственным украшением было мозаичное панно примерно посередине станции. На стене слева четыре почтовых голубя тащили огромную коробку с ярким красным бантом. А на стене справа люди разгружали вагон с посылками.

– Наш поезд прибудет сюда, – сориентировался Эрик, подводя меня к панно с голубями.

– Угу, – отозвалась я."

"– Ты так завороженно на него смотришь, – проговорил парень. – Нравится?

– Красиво, – согласилась я. – И очень наглядно. Представляешь, как изменился мир, что от почтовых голубей перешли к поездам с письмами?

– Мир всегда меняется, – усмехнулся Эрик. – И люди меняются вместе с ним.

Из тоннеля потянуло теплым воздухом, раздался шум приближающегося состава, и пару мгновений спустя перед нами замелькали вагоны поезда. Двери распахнулись, и прохладный женский голос сообщил:

– Станция «Королевская почта».