Спорим, тебе понравится

— Ладно, — очень легко в этот раз приняла она мой отказ. — Тогда мы с Дани будем там вдвоем.

— Нет, — отрезал я тут же. — Видел я, как вы были вдвоем на склоне. Ты же понимаешь, что он опять куда-нибудь смотается, оставив тебя одну.

— Ну и что? Я большая девочка.

— Я в этом не сомневаюсь, малыш, но все равно волнуюсь.

— Тогда поехали с нами. Тебе ведь даже необязательно участвовать. Будешь ждать в доме. Дани снял дом.

— Да, я знаю, но не смогу держаться в стороне, пока ты будешь в зоне обстрела.

— Ох, Энни, давай для начала долетим до Испании, — выпалил я, теряя терпение.

У меня не было сил с ней спорить, отказывать ей. Я понимал, что действительно не смогу отпустить Энни с Даниэлем вдвоем, но и купаться в томатном соке совершенно не имел желания. Похоже, придется. Осталось только смириться с этим.

Энни сжала губы и опустила голову, явно обидевшись на мой повышенный тон. Как на зло, подошла наша очередь, и я смог заговорить о личном только в зале ожидания.

— Детка, не злись, ладно? Обсудим это чуть позже. Возможно, я смогу отговорить тебя.

Она впервые за это время посмотрела на меня, в глазах сверкнуло лукавство.

— Возможно да, но скорее всего — нет, — улыбнулась она. — Но ты постарайся. Вдруг.

Я притянул ее к себе и поцеловал глубоко и страстно, наплевав на собственные принципы и народ вокруг.

Мы прошли на посадку и держались за руки, пока самолёт взлетал. Гул турбин напомнил мне иную вибрацию, которая совсем недавно сводила с ума. Та ночь была невероятной, совершенной, волшебной и безумной. Мы с Аней словно познали нечто запретное и такое важное. Нам было так хорошо вдвоем, но при этом я и она знали, что с Даниэлем будет еще лучше. Он должен был прилететь завтра сразу в Малагу. У нас оставался еще один день на двоих.

Я одновременно желал его продлить и торопил. Аня все чаще говорила о Дани. Не только в контексте Томатной битвы, вообще. Она скучала по нему и буквально загоралась, вспоминая моего друга или разговаривая с ним по телефону.

В Севилье мы взяли машину в прокате и отправились до Малаги. Я немного знал о жизни Даниэля в Испании, но точно помнил, что он родился и вырос у моря, в Андалусии. Именно туда мы и направлялись.

Я уже бывал в Испании, но Аня, похоже, видела ее впервые. Ей было все интересно. Она часто открывала окно, запуская с салон горячий воздух сиесты. Нас даже остановил полицейский, чтобы предупредить мою пассажирку, что опасно вылезать из машины на ходу.

Я уверил его, что больше такого не допущу, вспомнив школьную программу испанского. Я хорошо учился, и языки мне давались легко.

Едва мы отъехали, ладошка Энни заскользила по моей ноге.

— Ты такой горячий, когда говоришь по-испански, — замурлыкала она, царапая ногтями по моим шортам.

Поездка до отеля превратилась в ад.