Спорим, тебе понравится

Мы целовались посреди улицы, заставляя прохожих глазеть.

— Энни, сладкая, — зашептал он. — Ты с ума меня сводишь. Смелая красивая девочка.

— Ты делаешь меня смелой, Алекс. Это наваждение какое-то.

— Я бы позвал тебя к себе, но в моем доме гостит несносный испанец.

— Боюсь, я буду изменять тебе с ним у тебя на глазах.

— Порочная и развратная. Но такая притягательная, — бормотал Алекс мне в губы.

Я хотела, чтобы он попросил меня остаться. Хотела, чтобы он напросился ко мне в гости. Хотела, чтобы спросил, куда я еду. Но Алекс только целовал меня и ничего не предлагал, не просил. Этого было более, чем достаточно, чтобы сделать все важные выводы.

Он не хотел продолжения.

Он не нуждался во мне сегодня.

Это было немного больно.

Это было охренеть как больно.

Но я смогла взять себя в руки, еще раз коснуться его губ своими и прошептать.

Больше я не оборачивалась. Даже не плакала, хотя глаза жгло и сердце ныло. Я глупо надеялась, что Алекс догонит, вернет, но нет. Меня спрятала от него подземка. Уже через полчаса я была дома. И сердце теперь бередила другая надежда. Вдруг Дани окажется смелее. Не зря же Алекс говорил, что он упрям и настойчив.

Я собирала вещи, но вздрагивала от каждого шороха, каждого сигнала мобильного, но это были либо соседи, либо сообщения по работе. Дани не спешил закончить начатое. Видимо, вчера ему было достаточно меня.

Я боялась, что буду всю ночь метаться и не высплюсь, но отключилась, едва голова коснулась подушки. Наверно, давали о себе знать тревожная, насыщенна ночь накануне и ранний подъем. Утро встретило меня солнцем, хотя на душе было хмуро и печально. Я не хотела уезжать.

Раздался звонок, я расстроилась почти до слез, потому что это пришел хозяин квартиры, а не Дани или Алекс. Нужно было перевернуть эту страницу, оставить в Амстердаме свое безумие, снова стать счастливой Аней, которая радуется каждому новому дню и своему путешествию.

Я сдала ключи от квартиры, поблагодарила хозяина и взяла такси до железнодорожного вокзала. Меня ждал Цюрих, а потом Таш. Я путешествовала с легким багажом, поэтому не боялась пересадок. К тому же поезд — это романтика.

Но мысли снова и снова возвращались к невероятным мужчинам и безумной ночи. Я толком не могла насладиться комфортом поезда и очарованием железнодорожного путешествия, поэтому всю дорогу работала, чтобы не думать, не скучать и не плакать.

Это ведь несусветная глупость, что я так расстроилась. Нужно скорее отпустить Дани и Алекса. Очень скоро я отвлеклась от воспоминаний и грусти из-за пересадки. Да и от красот Швейцарии захватило дух. По дороге к Ташу я любовалась лугами, как с обложек шоколадок Милка, и величественными Альпами. Я твердо решила, что обязательно буду много гулять пешком, возможно, даже выделю денек для поездки в Церматт.