Спорим, тебе понравится

Я плакала, пытаясь избавиться от его рук, но он не отпускал мое лицо, не прекращал стирать слезы со щек. Я старалась не думать о красных глазах и потекшей туши. И так стыдно до ужаса.

— Я не проститутка, Дани. Алекс не платил мне, — выпалила я. — Ты ошибся.

— Я ошибся? Вот уж вряд ли, — выпалил он. — Думаешь, меня расстроило, что ты не шлюха?

— Разве нет? Ты хотел профи, а оказалось… Оказалось, это всего лишь я.

— Глупая сладкая девочка. Я выбрал тебя еще до того, как увидел клеймо. У меня все это время в голове не укладывалось… А теперь все понятно. Аня, я хочу тебя. Тебя, а не профессионалку. Неужели ты это не чувствуешь?

Он толкнулся бедрами, и я почувствовала. О да. Это сложно было не почувствовать. Его эрекция приподнимала джинсы и упиралась мне в бедро. Я шумно выдохнула. Глаза Дани сводили меня с ума. Я пьянела от одного его взгляда и моментально теряла всю дерзость, которая только что бушевала во мне из-за слов Алекса.

Они не просто два друга. Тут нечто большее. Ощущение, что я упускаю что-то важное, никуда не делось и после откровений об ошибке.

— Кто ты Дани Рей? — спросила я, едва шевеля губами.

Он улыбнулся, как веселый беззаботный мальчишка, и я тут же поняла: все, сейчас будет хвастаться.

— Дани Рей, популярный певец, рок-звезда обладатель двух платиновых дисков, тонны бабла и еще кучи каких-то идиотских премий по версии канала MTV.

— Ох, я не смотрю MTV.

— Оно и видно. Не узнала меня, да?

— Я вообще не представляю, кто ты. Первый раз вижу и ни разу не слышала.

— Ты сейчас втаптываешь мое эго в грязь.

— Ничего, ему, кажется, полезно немного запылиться, а то сияет ярче звезд.

— Анита, что за вредина.

— Сам ты несносный, — засмеялась я, в одночасье чувствуя, как возвращается лёгкость, возбуждение и радость от слов и близости Дани.

Его губы накрыли мой рот, и я замурлыкала от удовольствия снова чувствовать его поцелуи. Дани так и обнимал мое лицо ладонями, но слез больше не было, и он нежно гладил мои щеки. Я обняла его за шею, чтобы снова повиснуть, прижаться, сама подняла ногу и специально легонько задела его пах коленом.

— Аня, Анита… — хрипло бормотал Дани между поцелуями, переходя на испанский.

Я не разбирала слов, но хватало интонаций.

После горькой правды и холодного, как айсберг, тона Алекса поцелуи и ласки Дани согревали меня, обжигали, успокаивали и будоражили одновременно. Я хотела его так сильно. Все ощущения обострились. Я снова потерлась об него, побуждая быть смелее, отпустить тормоза. Дани простонал, но вместо того, чтобы раздуть огонь, отстранился.

— Аня, детка, ты торопишься. Не надо делать глупости назло Алексу.

— Нет, — возмутилась я. — Причем тут Алекс? Забудь о нем.

— Он зануда, но часто оказывается прав. Нам не стоит спешить.