Спорим, тебе понравится? (СИ)

Есть сын нашего возраста. Но, что самое главное, Добров является родным братом прямого конкурента моего деда на место мэра в грядущих этой весной выборах.

— Но при чём тут ты?

— При чём тут я? П-ф-ф, ну как тебе объяснить? Ладно, давай начнём с малого. Как думаешь, произведёт ли сенсацию новость, что внук кандидата в мэры фактически купил себе аттестацию по тому или иному предмету, например, литературе, в прошлом учебном году?

— Это какая-то чушь, Ярослав!

— Чушь? Ну, ок.

— Ладно, блин! Но откуда ты всё это знаешь?

— Дед просветил. Точнее, я однажды удачно погрел уши.

— Боже, — я теряюсь и окончательно глохну, слепо глядя прямо перед собой, заламывая руки и кусая губы до крови. Ведь если это правда, а это, скорее всего, именно она, то моя мать просто беспринципная лгунья.

— Мне очень жаль, Истома.

— Но...

— Что?

— Раз всё так, как ты говоришь, то почему же она не довела дело до конца, Яр?

— Вера? — пожимает он плечами. — Я долго думал о том, что её тормозит, но только сейчас всё наконец-то ложилось. Её тормозит совесть.

— Совесть, — шепчу я вслед за ним и качаю головой, не веря в то, что у моей матери она есть хотя бы в зародыше, — красиво звучит, Яр, но нескладно.

— Почему?

— Потому что её вариант всё равно выглядит правдоподобнее.

— Просветишь?

— Если она только рискнёт доставить тебе проблемы, то ты меня совратишь, а затем с апломбом выкинешь на помойку.

Молчание. Глаза в глаза. Ладошки вспотели. Сердце временно в ауте, едва трепыхается, но толком не бьётся, не качает живительный кислород, и я почти задыхаюсь в ожидании его ответа.

— Но это же бред, Истома, — тепло улыбнулся мне Яр и треплет по щеке, — сама подумай, что было бы, скажи я подобное. Я бы окончательно развязал твоей матери руки. Она бы тут же пустила меня в расход, а тебя увезла и спрятала. Я бы и подмигнуть тебе не успел, не то, что залезть в трусы.

— Тогда, что именно ты ей сказал?

— Правду, — пожал он плечами, — про то, что всё на свете знаю про неё и не советовал бы ей рисковать собственной репутацией во имя женатого любовника и амбиций его семьи.

В черепной коробке тут же лесным пожаром вспыхнула адская боль — это весь пазл наконец-то с треском сложился в моей голове...

Глава 39 - Тихий омут

Вероника

Последние минуты наедине с Яриком пролетели молниеносно — раз и нет их. И стрелка на часах катастрофически быстро приблизилась к той отметке, когда всё — больше нельзя было медлить, иначе эта ночь могла стать последней в моей грешной жизни."

"— Пора, — со вздохом отчаяния произношу я.

— Ещё минуточку, — шепчет Басов мне прямо в губы, и толпа восхитительных мурашек пробегается по позвоночнику, — и да, завтра после всех богослужений ты обязана смыться из-под зоркого ока своей матери. Поняла?

— Не уверена, что получится, — пожимаю плечами.