Заучка на спор

Но ведь мы освобождали Демида тогда из домашнего ареста по его просьбе!

Я молчала. Сказать что-то было бы сейчас равносильным свидетельствовать против самой себя.

- Ася, я расскажу, как мы сейчас поступим. Я учитываю ваши заслуги перед ВУЗом, и поэтому попросил господина Авдеева не разгонять дело, и не обращаться в правоохранительные органы. Вы сейчас придёте в ваш деканат, и напишете заявление на отчисление. Сами. Потому что студенты с подобным послужным списком нам не нужны.

У меня всё захолодело внутри. Моя мечта, жизнь, просто рушились у меня на глазах.

- Не советую вам пытаться оправдаться. Думаю, вы понимаете, что человеку, который вложил в развитие нашего учебного заведения очень много средств и времени я доверяю куда больше, чем девушке, которую своими глазами видел на видео, в котором она совершала преступление.

Я молча встала. Не потому, что мне нечего было сказать. А потому, что я понимала, попробую открыть рот – и тут же расплачусь. Последнее, что я хотела бы, это проявить слабость перед таким безжалостным мужчиной.

За что он так со мной? За то, что не подхожу его сыну?

Вышла из кабинета с гордо поднятой головой, не сказав ни слова.

Сразу пошла в деканат нашего факультета, но по пути зависла во дворике университета. Слёзы всё же сдержать не удалось. Но успокоилась быстро. Чего теперь было лить слёзы. Нужно было что-то делать.»

Домой тогда не возвращалась до вечера. Всё думала, что сказать бабушке, и как, чтобы она поняла. А когда пришла, оказалось, что говорить ничего уже не придётся.

Бабушке позвонили из деканата, спросили, почему я отчисляюсь.

Она сидела на стуле, в ожидании меня, весь вечер. А я не могла поднять на неё глаз. Я её подвела. Ещё хуже, чем это сделала мама.

Не справилась. Предала все свои принципы, и оказалась растоптанной.

- Ася, ты что, правда отчислилась? – Тихим голосом спросила она у меня тогда, а я рухнула на колени рядом с ней, и разрыдалась навзрыд, оплакивая всё, чего в моей жизни не случилось по воле случая.

Бабушка гладила меня по голове, и утешала, обещая, что мы со всем справимся, что-нибудь придумаем.

Но я уже знала, что проиграла. Это я о ней должна была заботиться и решать проблемы, но только их создавала.

Из-за него. Нет. Винить кого-то было бессмысленно. Всё сама. Никто не заставлял.

- Прости меня, ба? – Подняла я на неё заплаканные глаза. – Прости, что я такая непутёвая. Я всем только и делаю что мешаю в этой жизни и доставляю проблемы. Лучше бы мама тогда вообще от меня избавилась.

- Не смей так говорить. – Строго прошептала бабушка. – Всё будет хорошо. Я мать твою потеряла, а тебе пропасть не дам. Я себе обещала. И ей. Так что ты поплачь, а завтра мы начнём новую жизнь. И всё у нас будет хорошо.

Первые две недели я ждала, что Демид как-то свяжется со мной.