Спор на недотрогу, или Я выбираю тебя

И ладно бы только он, все Сомовы уговаривать принялись, чтобы я не торопилась с переездом. А лучше вообще у них и оставалась.

До конца празднования свадьбы осталась, но потом как мне быть? Ведь придется признаваться родителям. У Касаткиных на этот счет совсем другие взгляды.

Мы в начале девичника гуляем по набережной. Чувствуем себя свободными и веселимся, не натыкаясь на такие уже привычные приколы парней. Но и забывать о них не получается.

— Знать бы, где их носит, — беспокоится Амелия.

— Только бы не дрались там, — больше всего волнует Таю.

— Далеко не унесет. И с Пашей всех победят, он же боец, — успокаивает девочек сестра Сомовых, только они еще больше волнуются.

— Вечером встретимся и расспросим, — предлагаю такой вариант. Другого нет — они же сами решили не брать телефоны.

— Ага, так они и расскажут, — хихикает Лиза, — Особенно спросите у Евсея. Смело на сто можно будет делить его сказочки. Бла-бла-бла, только и знает, как врать да болтать.

Нам смешно становится.

И всем парням даем близкие описания:

Для Платона — упертый бульдозер.

Паша — горячее сердце и железный кулак.

Зак — любитель вечеринок.

Евсей — весельчак и бабник.

Немного напрягаюсь от прозвища Гордею…

— Уж изворотливый. Как вам? — предлагает Арина.

— Темный рыцарь себе на уме. Я его таким представляла, — высказывает мнение Амелия.

— Майя, да мы просто для смеха придумали, — Арина замечает по мне, что я озадачилась.

Одно дело, сама называю хитрым нахалом, но именно моего парня выделяют из всех, как самого непредсказуемого. Даже думали дольше, какой он.

— Слышали бы они нас, хи-хи, — показываю, что ничуть не расстроилась, подумаешь, прозвище. Не «подлецом» же назвали Гордея, что я, в самом деле, придираюсь.

Невеста нас тянет на набережной в знакомое для нее кафе. Там уже заказан стол. И мы продолжаем отмечать девичник без парней. Заказываем любимые блюда, побольше десертов. При этом, тычем пальцами в меню на то, что выбрали бы парни.

— А вдруг Платон меня ищет? — после первого бокала снова беспокоится Амелия.

— Ищет, конечно. По всему бару бегает и под столы заглядывает, — Арина подскакивает с места и показывает, как жених старается.

— Если там Платон, то где ищет Гордей? — мне интересно становится, он-то не сомневался, что отыщет везде.

— Там же, где и Евсей, — подхватывает Лиза, — Близнецы с фонариками бегают и спорят, как всегда, кому достанется бинокль.

— Ох, только бы Паша не дрался, — тяжко вздыхает Тая, потягивая из трубочки коктейль.

Понимаю волнения Таи, но и смех сдержать не могу. Поворачиваю голову от нашего столика к окну и зависаю с вилкой в тарелке.

Моргаю. Видение не смылось.

Оттуда мне машет Гордей. И прижимает палец к губам. Просит не выдавать его, так я понимаю.