Спокойный Ваня

Нам с местными детей не крестить. — Отрезал я и протянул ему кружку. — Ты слышал, что случалось со штрафниками, которые умудрялись полюбовно договориться с местными?

— Вон ты о чём. — Василий задумчиво отпил тёплого напитка. — Предлагаешь подставить себя под удар Аберрации? — Он посмотрел на меня, ожидая ответа.

— Вряд ли мне что-то грозит серьёзное. Подозреваю, из-за того, что я не маг, даже не потенциальный, Аберрация не обращает на меня внимания. — Я протянул Васе приготовленный ранее бутерброд. — Мне не удастся раскрыть несуществующие магические способности. Накопители я не чувствую. Какая-то польза от меня должна быть?

— Ты об этом разговаривал с Вашим Благородием? Где он, кстати?

— Не совсем об этом, но близко. Командир проверил раненых и ушёл к железке. Обещал вернуться вскоре после нашего ухода.

Вася молча пил чай, обдумывая свои мысли.

— Я сюда попал для полного пробуждения магического дара. — Наконец, заговорил он. — Именно в этом смысл моего нахождения здесь. Если до этого момента я найду артефакт, то передам его тебе.

— Благородно с твоей стороны, но давай не будем торопиться. — Остудил я его альтруизм.

— Доброе утро! — Раздался голос Двенадцатой за нашими спинами.

— Как самочувствие? — обернулся я к девушке.

— Получше. — Вздохнула она. — Хоть немного соображать начала. А то всё как в тумане. — Её передёрнуло от воспоминаний. — Бедная Люська."

"— Ты только сопли не разводи. Не в той мы ситуации, чтобы о других горевать. — Оборвал я начинающиеся причитания. — Иди поешь, да за ранеными приглядывай, пока Ваше Благородие не вернётся.

— А вы куда? — Встрепенулась девица. — В Аберрацию? Я с вами пойду. Раненым ничего не грозит. Наш Благородие их хорошо подлечил. Ничего с ними не сделается.

— Разбираешься в лекарском деле? — Поинтересовался Василий.

— Немного. Не в магическом лечении, конечно. У нас в деревне магов не было никогда. — Двенадцатая, пока шёл разговор, сама налила себе чаю и села напротив нас. С другой стороны костра. — Я больше про лечение травами знаю.

— Так ты деревенская? — Удивился Василий.

— Ну да. А ты что подумал? — Улыбка преобразила лицо Двенадцатой до неузнаваемости. Она уже не казалась такой страшной, и даже родинка её не сильно портила. Но длилось это всего мгновение. Так как в следующую секунду глаза у неё заблестели. — Это Люська была настоящей дворянкой. За магией побежала. Добегалась.

Девушка уткнулась в кружку.

— Если будешь болтать без умолку и слёзы лить через каждую минуту, то мы тебя лучше здесь прирежем. — Добавив в голос угрозу, пообещал я. — Из-за одной несдержанной дуры мы уже четверых потеряли. Я думаю, хватит.

— Я ни звука не издам. — Оторвавшись от кружки, Двенадцатая с вызовом посмотрела на меня.

— Поверю тебе на слово.