Спокойный Ваня

Нет, нет, но в их жестах и поведении проскальзывали нотки явного превосходства, и привычка быть в центре внимания.

Василий тоже выделил особенность их поведения:

— Та, что с родинкой, точно имеет хорошее воспитание и явно занималась танцами. — Поделился он шёпотом своими наблюдениями. — Вторая, пытается ей подражать, но выходит плохо. Значит, она из простолюдинов. За что, интересно, её осудили?

— Тебе не всё ли равно? — Девицы не вызывали у меня никакого интереса, кроме научно-исследовательского. — Хочешь совет? — Василий с любопытством глянул на меня, ожидая продолжения. — Поговорку «женщина на корабле — к беде» не на пустом месте придумали. А мы, считай, что на корабле. Здесь лишняя привязанность может послужить причиной необдуманного поступка и привести к смерти.

— По твоим словам выходит, что нам тоже сильно сдруживаться не стоит.

— Возможно. Учитывая смертность среди штрафников — это оптимальная модель поведения в нашем маленьком коллективе. — Серьёзно ответил я, а потом ухмыльнулся. — Однако, как я, не втеревшись к тебе в доверие, смогу узнать подробности о жизни в этом мире?

Глава 8

Я в армии не служил, но хорошо знал, что инициатива делает с инициатором, поэтому не лез командовать и решать проблемы. Желающих выделиться и так хватало. Довольно быстро нашлись повара, умеющие прилично готовить. Как ни странно, на мой взгляд, но девушек среди «поваров» не оказалось. Посуду мыли каждый за собой, а общую — по жребию. Командир лишь несколько раз давал добро на использование продуктов и вещей. В остальные процессы, происходящие в вагоне, он не вмешивался.

От Воркуты до Аберрации ехали дольше, чем от Архангельска до Воркуты. Наконец, дробный перестук колёс начал замедляться. Поезд плавно тормозил, пока не остановился. Щёлкнул замок на двери вагона. Явно сработала какая-то автоматика. Или магия. Но дверь осталась закрытой.

— Приготовиться к выгрузке! — Раздался зычный голос командира. — Седьмой, ты же видел, где запасная форма лежит. — Уже тише произнес он. — Выбери себе сапоги.

Командир подошел к двери и начал с ней проделывать хитрые манипуляции. Не так-то прост оказался наш вагон. В итоге она отъехала в сторону, открывая вид на тайгу. Друг за другом штрафники спрыгнули на насыпь. Все принялись озираться и с удовольствием вдыхать свежий воздух. Я присоединился к ним последним, зато в новеньких сапогах.

Наш вагон стоял на путях в гордом одиночестве. Ни впереди, ни позади него других вагонов не было. Сразу за насыпью начиналась глухая тайга.

— Построиться! — Прозвучала новая команда.

Наш командир весьма ловко соскочил на землю и начал прохаживаться перед жиденьким строем.

— Слушаем вводную. — Он остановился и повернулся к нам лицом. — Отсюда до тумана пять километров.