Сплошная лебедянь!

Раньше говорили, как лебяжий пух, белая, в веснушках, такая прелесть и эти вьющиеся волосы непонятно какого цвета, золотисто-рыжеватые что ли. И запах… Моя женщина только так и может пахнуть. И как это прекрасно – после приступа бешеной страсти чувствовать не пустоту, а всепоглощающую нежность…

– Надо же, Верещагин! Значит, не приснилось? – улыбнулась она сводящей с ума улыбкой и погладила его по щеке.

– Яська моя, ты чего от меня бегала, дурочка?

– Да уж какая теперь разница, все равно не убежала… Слушай, я такая голодная, а ты?

– Я тоже. У тебя есть еда? А то можем заказать пиццу.

– Нормальной еды нет, но есть клубника со сметаной. Могу сделать яичницу, кашу сварить.

– Нет, я хочу мяса, много мяса! Клубникой не отделаешься! Разве что клубничкой…

– Каламбур не из удачных!

– Согласен! Вот что, милая моя, сейчас живо одеваемся и в ближайший ресторан! Тут есть что-то приличное?

– Ну, я не особо знаю здешние рестораны.

– Тогда я заказываю такси и мы едем в «Асторию».

– Шикарная идея! – засмеялась Яся. – Но давай пока такси, то да се, слопаем клубнику со сметаной?

– Со сметаной? Никогда не ел клубнику со сметаной! Давай!

– Как ты помещаешься в такой квартиренке?

– Прекрасно помещаюсь! Мне здесь хорошо, Верещагин!

– А что это ты меня по фамилии зовешь?

– Да ладно, хоть горшком… Ты знаешь, что ты настоящее чудо? Слушай, а клубника со сметаной это здорово вкусно! Да еще из твоих рук! Объедение!

– Знаешь, я когда ее покупала, даже вообразить не могла, в какой компании мне придется ее есть.

Она смотрела на него с такой любовью! Но ни разу не сказала, что любит его. Разве в словах дело? А смотрит она на меня с любовью. И это куда важнее всяких слов.

Мгновенно умяв клубнику, она сказала:

– Ох, я еще больше есть захотела! Где же твое такси?

– О, а вот и оно! Бежим!

На лестнице он заявил:

– Я сяду вперед, а то не смогу сдержаться и начну тебя тискать! Знаешь, как приятно тебя тискать, совсем как Глашу! Только Глаша вопит дурным голосом, а ты… ты мурлычешь…

У входа в «Асторию» Яся вдруг смутилась:

– Верещагин, а пошли куда-нибудь в другое место, а?

– Да тут так шикарно, а я в джинсах… Ну ее, эту «Асторию». Тут кругом полно других ресторанов, попроще.

– Слово дамы закон! Тем более такой дамы! Яська, я такой счастливый, ты даже представить себе не можешь. И чувствую себя таким молодым! Я в Питере с любимой женщиной в белую ночь…

– Верещагин, а ты где остановился?

– В каком смысле? – не понял он.

– В какой-то гостинице?

– Нет. Я у тебя остановился, и вообще, Яська, я остановился. Приехал. Приплыл! Ты со мной и мне ничего больше в этой жизни не надо!

– Хочешь сказать, что я женат? Виновата в этом только ты!

– Ничего не здрасьте! Если бы ты тогда не убежала, я бы не женился.

– Тем не менее это так.