Список жертв

— Что случилось? — испуганно спросила она.

Он не успел ответить: они повернули за угол. На пороге офиса приплясывал от нетерпения Генри.

— Я открыл письмо, — заторопился он. — Оно было в конверте отеля… У нашего отеля есть конверты с логотипом, и мы иногда пользуемся ими для внутренней корреспонденции тоже… Вы понимаете, что это значит? Он был здесь, в отеле!

Алек отпустил Риган и подошел к столу. Она с тревогой смотрела на своего помощника.

— Генри, — мягко сказала она, — сделай глубокий вдох и выдох.

— Риган, вы не понимаете! Он был здесь!

— Я поняла. Он был здесь и теперь прислал нам письмо.

Она подошла к Алеку и, прислонившись к его плечу, взглянула на письмо. Алек положил его на стол и прижал сверху серебряным ножом для разрезания бумаги, чтобы лист не сворачивался.

Это был очередной список жертв. Только теперь он был озаглавлен по-другому. «Список тех, кого мы хотим убить», — значилось наверху. Слово «мы» было подчеркнуто несколько раз. Остальное написано от руки печатными буквами. Убийца перечислил все фамилии из предыдущих списков, только строчки с фамилиями мисс Пэтси и детектива Суини были перечеркнуты. Напротив фамилий доктора Шилдса и его телохранителей стояли вопросительные знаки. А ниже появилось еще одно имя. Хейли Кросс. Под этим именем была приписка: «Эта услуга увеличивает твой долг».

Алек уже набрал номер полицейского управления и ждал, пока Уинкотт возьмет трубку. Он быстро спросил Риган:

— Ты знала эту женщину?

— Нет, — прошептала Риган. Она была так перепугана и расстроена, что не обратила внимания на прошедшее время, в котором был задан вопрос. — Алек, мы должны предупредить ее. Боже, хоть бы полиция нашла ее до того, до того как он…

Генри ткнул пальцем в лист и дрогнувшим голосом сказал:

— Риган, ее имя зачеркнуто. Думаю, это значит, что она уже… что он убил ее.

— Нет-нет, Генри, мы не станем так думать только потому, что ее имя зачеркнуто. Вдруг она жива. — Риган трясло. Ее охватила паника. — Полиция успеет спасти ее!

Алек осторожно оторвал от себя руки Риган и вышел в холл, чтобы объяснить Уинкотту, что за письмо они получили.

Девушка почувствовала, что к горлу подступает тошнота. Она схватилась за край стола и уставилась в стену.

— Я не понимаю, — жалобно прошептала она. — Почему он посылает мне эти списки. И что — во имя Господа — должны значить слова «мы хотим убить»?

— Мне кажется, я слышал это имя, но не помню где, — пробормотал Генри, хмурясь. — Хейли Кросс, что-то очень знакомое.

На пороге появился Алек и сказал, что Уинкотт и Брэдшоу уже едут.

— Но ведь сегодня воскресенье, — выпалил Генри и тут же осознал, что слова его звучат по-детски.

— Джон работал, а Брэдшоу был дома.