Список гостей

— Вы… вы списываете.

Уилл повернулся ко мне, когда Одиночка вышел из комнаты.

— Ты чертов идиот, — сказал он. — Зачем ты попросил его убрать, если знал, что это лежит у нас?

Он их украл, а не я. Хотя тогда мне стало понятно — если это выйдет наружу, он все повесит на меня.

Я помню, как Уилл тогда улыбнулся, хотя улыбкой это назвать было трудно.

— Знаешь что? — сказал он. — Думаю, сегодня самое время поиграть в «Выживание».

— Ты не мог этого вынести, — говорю я Уиллу, — потому что знал, что тебя исключат, если об этом кто-то узнает. А ты так пекся о своей гребаной репутации. И так было всегда. Ты брал то, что хотел. И подставлял всех остальных, если они стояли у тебя на пути. Даже меня.

— Джонно, — говорит Уилл спокойным, уравновешенным тоном. — Ты слишком много выпил. И не понимаешь, что говоришь. Если бы мы были виноваты, то это не сошло бы нам с рук. Понимаешь?

Мы двое со всем справились. Той ночью в комнате Одиночки было четверо парней — парочка заболела и лежала в больничном крыле. Это сыграло нам на руку. Кажется, один из них дернулся, когда мы зашли, но мы действовали очень быстро. Я чувствовал себя наемным убийцей — и это было чертовски здорово. Так весело. Я почти не думал. Значение имел лишь адреналин, бурлящий в крови. Я сунул ему в рот спортивный носок, а Уилл завязал глаза, так что все звуки, которые он издавал, были приглушенны. Нести его было нетрудно: он оказался легким, как пушинка.

Одиночка немного сопротивлялся. Правда, он не обмочился, как некоторые парни. Как я уже говорил, он был довольно смелым.

Я думал, мы пойдем в лес. Но Уилл указал на скалы. Я непонимающе таращился на него. На одно ужасное мгновение мне показалось, что он предлагает сбросить его вниз.

— Тропа через утес, — одними губами произнес он.

— Да, хорошо.

Я вздохнул с облегчением. Нам потребовалась целая вечность, чтобы спуститься вниз, мел рассыпался от каждого нашего шага, ноги скользили, и мы даже не могли держаться за вбитые в скалу перила, потому что руки были заняты. Парень уже перестал сопротивляться. Он просто стих. Помню, я тогда испугался, что он не может дышать, и хотел вытащить кляп, но Уилл покачал головой:

— Он дышит через нос.

Может, примерно тогда я и начал чувствовать тревогу. Я сказал себе, что это глупо: ведь мы все через это проходили, так? Мы продолжили идти."

"Наконец мы добрались до мокрого песка пляжа. Я не мог понять, почему мы выбрали такой легкий путь. Когда он снимет повязку, то даже без очков поймет, где находится. До школы было рукой подать, а по этой тропинке любой дурак поднимется — особенно маленький ребенок. Парни все время спускались на пляж. Но потом я подумал: может, Уилл хотел дать ему поблажку из-за всего того, что Одиночка для нас делал, — чистил ботинки, убирал в комнатах и все такое.