Список донжуанов

– Спасибо большое, только я ничего не понимаю.

– Конечно. Поэтому я и хочу встретиться. Итак, завтра я вам перезвоню. Всего доброго.

– Черт-те что, – сказала я, вешая трубку.

– Никуда не ходи, это его козни.

– Кого?

– Серегины, конечно.

– Не болтай глупостей.

– Вот увидишь, пойдешь к этому дядьке, а назад не вернешься.

– Большое тебе спасибо, – фыркнула я.

– Тогда я с тобой пойду.

– Мы договаривались, что ты остаешься здесь только до завтра, – напомнила я.

Марья надулась, и ужин прошел в молчании.

Утром заехала Элька, на вопрос: «Как дела?» – я ответила: «Нормально», прикидывая, стоит ли ей рассказать все или нет. Марья еще спала, а Элька проходить дальше порога не стала, потому что спешила, и я так ничего ей не рассказала. Села за работу, но время от времени вспоминала о предстоящей встрече.

Ровно в 18.00 раздался телефонный звонок, и тот же голос осведомился, я ли это?

– Это Борис Моисеевич, я только что приехал…

– Да-да. Где мы встретимся?

– Я впервые в вашем городе, так что выбирать вам.

– Тогда, может, вы приедете ко мне? Я живу…

– Я знаю адрес, – перебил он и через полчаса появился в квартире.

Все это время Марья таращилась в окно и нервировала меня всякими выдумками: то ей прохожие казались подозрительными, то наш дворник, то «Волга», что замерла под окнами. Наконец в дверь позвонили. Я с облегчением вздохнула и пошла открывать. На пороге стоял дядька совершенно необъятных размеров, в светлом костюме без галстука, с бородой, усами и лысиной во всю голову, которую он в настоящее время вытирал платком, тяжело дыша, под мышкой он держал большой сверток.

– Здравствуйте, – сказала я.

Дядька широко улыбнулся и протянул ко мне обе руки, одну с платком, другую со свертком, и радостно провозгласил:

– Вылитый отец.

Я решила никак на это не реагировать и дождаться, что будет дальше, но на всякий случай тоже заулыбалась; дядька годился мне в дедушки, а меня учили уважать старших.

– Проходите, пожалуйста, – предложила я, он вошел, и мы с большим трудом смогли разместиться в моей прихожей. Я попятилась и натолкнулась на Марью, которая появилась из кухни.

– Что ж, давайте знакомиться, – сказал гость, все еще улыбаясь. – Борис Моисеевич.

– Очень приятно, – с подозрением глядя на него, ответила Марья. – Марья Никитична, подруга Симы. Сейчас живу у нее.

Я собралась возразить, что не живет, а просто слегка загостилась, но не стала, пусть дядька думает, что я здесь не одна… на всякий случай.

Мы прошли в кухню, Борис Моисеевич расположился в кресле. От чая он отказался и, выразительно взглянув на меня, сообщил:

– Беседа наша сугубо конфиденциальна. Если вы что-то захотите потом рассказать подруге, дело ваше, но я не вправе разглашать…"

"Признаться, я здорово перепугалась, такое начало мне совсем не понравилось.