Пока ангелы спят

В настоящее время работает переводчиком с испанского и португальского языков в сетевом американском рекламном агентстве «Ясперс энд бразерс».

Задержания милицией – нет.

По оперативным данным, отношения к противоправным организациям террористического и националистического толка не имеет. В объединенных преступных группировках не участвует. В употреблении наркотических веществ не замечен. Связей с группами лиц, употребляющих наркотики, не поддерживает.

«Нет… Не замечен… Не поддерживает…» Золото, а не досье! Прямо-таки солнечный мальчик!

В то же время, чем дольше капитан Буслаев вчитывался в скупые строки жизнеописания, тем более убеждался, что пути его с этим двадцатитрехлетним мальчиком уже пересекались. Но где? И когда?

Алексей Данилов… Алексей Данилов… Где-то Буслаев уже слышал это словосочетание… Где-то встречал его… Причем у него было ощущение, что встречал он эту фамилию некогда при обстоятельствах необычных… Но вот при каких?

Как ни вглядывался капитан в лист с данными на юношу, в его фотографию, сделанную скрытой камерой, – вспомнить, отчего ему знакомо это имя, он никак не мог…

Но оно ему знакомо! В этом капитан был уверен на все (как он любил говаривать) сто пудов.

Даже одного взгляда, брошенного за иллюминатор, было довольно, чтобы понять, как же там жарко.

Самолет припарковался, и тут же, без секундного промедления, из его грузового люка принялись выкидывать багаж. Дюжие, мускулистые, загорелые грузчики, совсем непохожие на евреев, принялись очень быстро укладывать чемоданы и сумки на тележку. Сразу же, без томительного российского ожидания, пригласили выходить пассажиров.

Я снова взял Наташу за руку, и она опять благодарно пожала мою ладонь.

Весь полет мы проболтали, делая перерывы на еду и на то, чтобы выпить по паре самодельных коктейлей из беспошлинного джина с тоником. Мы, видать, чем-то понравились стюардессочке, и она охотно таскала нам лед. Плешивый социолог выпивать с нами отказался и угрюмо-демонстративно погрузился в собственный ноутбук, на экране которого мелькали диаграммы, графики и многоэтажные формулы.

Мы спустились по трапу в толпе пассажиров. Я по-прежнему держал Наташу за руку. На нас сразу же навалилось солнце. Оно оглушало. Отраженным светом слепили окна и никелированные поверхности самолетов, загорающих на огромном летном поле. Жарко, словно вошел в сауну.

Пассажиры короткими перебежками бросились к гигантскому зданию аэропорта. Нас, кажется, никто не сопровождал. Мы с Наташей невольно ускорили шаг.

В аэропорту царила ласковая кондиционированная прохлада. Уж на что люблю тепло, но даже я вздохнул с облегчением после слепящей пустыни летного поля. «А ведь сейчас апрель, – мелькнула мысль.