Спецоперации

«Директор резервации» Оппенгеймер не предположительно, а точно назван в опубликованных американцами шифротелеграммах от 23 марта 1945 года и 2 декабря 1944 года в качестве источника информации. В неверно процитированной телеграмме российским историком, лауреатом Госпремии СССР В. Мальковым агенту-курьеру Гурону (он же «Эрнст»), как следует из текста телеграммы, предписывается не установить, а восстановить связь с источником «Вексель», то есть Оппенгеймером, в ходе предстоящей поездки в Чикаго. Другой вопрос, что эта поездка не состоялась.

В 1944—1945 годах американская контрразведка, используя сотрудника нашей резиндентуры Андрея Раину, работавшего в советской закупочной комиссии по ленд-лизу, через своего подставного агента передала нам массу дезинформационных материалов по атомной бомбе. Эта «деза» в 1945—1949 годах была раскрыта нашими видными физиками, в том числе Курчатовым, Иоффе, Алихановым, Кикоиным, при содействии специалистов, работавших в нашей научно-технической разведке — Рылова, Терлецкого и других.

Однако следует подчеркнуть и, если угодно, позитивное значение этой дезинформации, поскольку она лишний раз подтверждала истинный размах атомной гонки в США. Ведь «деза», содержащая искаженные расчетные данные, не затушевывала общего направления усилий американских физиков, работавших по Манхэттенскому проекту.

В заключение хочу сказать: советская разведка выступила инициатором развертывания широкомасштабных работ по созданию атомного оружия в СССР и оказала существенную помощь нашим ученым в этом деле. Однако атомное оружие было создано колоссальными усилиями наших ведущих ученых-атомщиков и работников промышленности.

ГЛАВА 8. «ХОЛОДНАЯ ВОЙНА»

Дорога к Ялте и начало мирного противостояния

Принято считать, что «холодная война» началась с известной речи Уинстона Черчилля в Фултоне 6 марта 1946 года, когда он впервые упомянул о существовании «железного занавеса». Однако для нас конфронтация с западными союзниками началась сразу же, как только Красная Армия вступила на территорию стран Восточной Европы. Конфликт интересов был налицо. Принцип проведения многопартийных выборов на освобожденных землях и формирование коалиционных правительств (с фактической ориентацией на Запал), как предложил в Ялте президент Рузвельт, мог быть приемлем для нас лишь на переходный период после поражения гитлеровской Германии. Я помню замечания, сделанные министром иностранных дел Молотовым и Берией: коалиционные правительства в Восточной Европе долго не протянут. Позже, в 1947 году, на заседаниях Комитета информации, возглавлявшегося Молотовым, эти слова приобрели новый смысл.