Спецназ спешит на помощь

Так, в мае этого года конструктор Яков Григорьевич Таубин с несколькими сотрудниками с подачи Кулика был арестован по обвинению в «консервировании недоработанных образцов вооружения и в запуске в валовое производство технически недоработанных систем: 23-миллиметровой авиапушки, 12,7-мм пулемёта и других». В рапорте по Кулику, присланного из Минска, указано какое огромное значение будет иметь автоматический гранатомет, который еще два года назад создал Таубин. Гранатомёт Таубина использовал боеприпасы, созданные на базе штатной винтовочной гранаты системы Дьяконова. Это оружие имело магазинное питание и допускало стрельбу одиночными выстрелами и очередями, прямым огнём или по навесной траектории. Первоначально гранатомёт устанавливался на треножный станок, позднее — на лёгкий пехотный колёсный станок по типу станка для пулемёта «Максим». Идея автоматического гранатомёта нашла противников в лице начальника Артиллерийского управления РККА Кулика и некоторых других военных руководителей. В тридцать восьмом году на сравнительных испытаниях миномётов и гранатомётов ротного звена гранатомёт Таубина был отвергнут, предпочтение было отдано, как более лёгкому, мобильному, дешёвому и надёжному пятидесяти миллиметровому миномёту конструкции Шавырина, который и был принят на вооружение. В ограниченных количествах гранатомёт Таубина относительно успешно применялся Красной Армией в зимней войне с Финляндией, однако вскоре все работы по автоматическому гранатомёту были прекращены.

Сталин сломал карандаш, который он крутил пальцами. «Кулик оказался настоящим медведем в посудной лавке!» — подумал Сталин и горько усмехнулся — «Правильно говорят, что в мирное время нужны преданные генералы, но в войну от них только вред!» выпив воды и закурив трубку, Сталин поднял глаза на Меркулова — Где сейчас Таубин?

Меркулов правильно понял вопрос — Пока жив! Я уже отдал приказ доставить его и его арестованных сотрудников в Москву.

Сталин кивнул — Это хорошо! Пусть товарищ Таубин и дальше создает оружие для Красной армии! Извинитесь перед ним и перед его невинно арестованными конструкторами! И займитесь уже освобождением таких вот незаконно осужденных граждан СССР. Что вы за это время успели сделать в этом направлении?

— Мною подготовлены списки на освобождение почти двух тысяч бывших военных. В тридцать седьмом-тридцать восьмом годах было арестовано девять тысяч пятьсот семьдесят девять командиров, из них в тридцать восьмом-тридцать девятом годах были восстановлены в звании почти полторы тысячи человек; уволены из РККА по политическим мотивам девятнадцать тысяч сто шесть человек, восстановлены девять тысяч двести сорок семь человек.