Лейтенант из будущего. Спецназ ГРУ против бандеровцев

А пассажиры джипа – грибы-поджарки на сковороде. Практически открыты со всех сторон. Любая пуля, понимаете, любая…

В принципе Вадим осознавал, что иного выхода нет. Невозможно зачистить, прочесать все дома, установить на каждом перекрестке бронетехнику, уничтожить затаившегося противника хорошо подготовленными штурмовыми группами. Нет сил и средств. Командование 1-го Украинского фронта о Психе и важнейших задачах опергруппы ничего не знает, а знало бы, не поверило. Все происходящее – очевидная нелепость и кустарщина. И вмешательство напыщенного полковника Попутного (явного прощелыги и авантюриста) абсолютно ничего не решит. Пусть полковник и изыскал технику и людей – странно, как это ему удалось в условиях уже начавшегося и перешедшего в малоуправляемую на местном уровне фазу наступления – но риск неоправдан. Существует порядок, и порядок всегда бьет класс. Закон мироздания, пусть напрочь сухой, пусть лишенный поэзии и блеска порывов личного и массового героизма, но закон…

Вадим много знал о войне. Знал ее бухгалтерию, ее заблуждения, ее мифы. Знал механику и логику этих грандиозных событий. И знал случайности войны, те моменты, когда от пренебрежения мелочами, от слепой пули, от наезда на мину менялась история…

Как будто они не понимают. Коваленко, пересадивший шофера в кузов и уверенно ведущий джип, пулеметчик, пристроивший «дегтярева» на опущенном и треснутом лобовом стекле. Сам шофер, сжимающий обшарпанный карабин и с любопытством поглядывающий на фронтоны старинных зданий. Мезина, демонстративно отстраненная, словно всю жизнь прокатавшаяся с самозарядкой по чужим городам…

Мотоциклы притормозили – вертел головой сержант на головном трескучем аппарате. Коваленко ободряюще махнул рукой, указывая направление – машины разведчиков плюнули сизым дымом, застрекотали по подъему. Так это уже Каличий проезд, до Цитадели рукой подать…

Подъем… Густая колючая проволока, надписи на немецком, приоткрытые ворота… Коротенькая колонна остановилась. С «виллиса», шедшего вторым, спрыгивали саперы… Обернулся Коваленко:

– Давай, Вадим. Поспокойнее, без суеты.

Это вам говорят, товарищ Спирин. Глупо, чего сидел и ждал, сейчас же тебя не туристом возят.

Вадим, стараясь выглядеть решительным, спрыгнул на дорогу. Ждали саперы, ждал пулеметчик. Ждала, делая вид, что осматривает заграждения, насмешливая Мезина.

Вадим пошел к воротам. Чувствовал, что выглядит нелепо: к массивному бронежилету привыкнуть решительно невозможно – болтаются карманы с «неродными» магазинами, ремень автомата за что-то зацепился…

…Наезженные колеи, но вокруг бурьян, блеклый и пыльный. Кирпич, кажущийся даже древнее, чем семьдесят лет спустя.