Специалист по кадрам

Открыл дверь, будто собрался зайти внутрь, но не зашел. Пригнувшись, перебежками, прикрываясь кустами, отбежал от двери и спрятался за ближайшей машиной.

Бармен слышал, как закрываясь, хлопнула входная дверь, он думает, что я внутри. А я занял наблюдательную позицию в пятнадцати метрах от него и черного мерседеса.

Долго ждать не пришлось. Вскоре подъехала машина, и я совсем не удивился, что машина не полицейская. Еще один черный, но не мерс, а лимузин, из которого вышел… я глаза протер на всякий случай, ну вдруг ошибся в темноте… нет, не ошибся. Из подъехавшего лимузина вышел Накамура.

Ни фига себе скромный старший секретарь. Вот не даром он носит точно такой же черный костюмчик как и те двое мертвеньких мэнов-ин-блэк. Я сразу почуял, что это неспроста.

А затем открылась другая дверь, из которой вышла… если появление Накамуры можно сравнить с легким джебом левой, то это появление — хороший такой хук с правой… из другой двери вышла моя начальница Мэй Нагата.

Ну, а что, в конце концов Киото — это большая деревня, — я попытался успокоить сам себя, — куда ни пойдешь, встретишь знакомые лица.

Накамура заглянул в разбитое окно, бармен в это время сбивчиво пересказывал ему последовательность событий. Моя скромная персона в его пересказе фигурировала под псевдонимом «один молодой пришибленный на голову гайдзин». Ну а чо? Вполне такая объективная характеристика. Мэй Нагата в окровавленный салон даже не заглянула. Стояла в сторонке с отрешенным видом.

— Мэй, — грубо окликнул ее Накамура.

— Этот ваш зов, или как вы там его называете.

— Прямо здесь? На парковке?

— Перечить мне вздумала? — рыкнул Накамура.

— Простите, оябун, — Мэй Нагата скинула туфли, оставшись стоять босыми ногами прямо на асфальте.

Бармен заметно напрягся, не сводя глаз с Нагаты. Накамура наоборот, следил за ней в расслабленной позе, с легким зрительским интересом. Мэй Нагата начала раскачиваться, словно гибкий тростник под порывами ветра.

Она не сделала пока ни одного шага, будто приросла к земле. Зато ее тело изгибалось и извивалось. Ее руки взмывались вверх и в стороны. Я бы сказал, так танцует пламя свечи, когда в комнату врывается сквозняк. Потрясающая пластика. Мне в самом деле стало казаться, что от Мэй Нагаты идет жар как от огня. И свет в ночи… и источник этого света — она сама.

А затем она сделала первый шаг, потом еще один. Блуждающий манящий огонек, казалось, то становится ближе, то отдаляется. Сердце защемило от глубинной тоски, что этот огонь может исчезнуть, скрыться за холмами, и я больше никогда его не увижу, не смогу погреть озябшую душу у его жаркого пламени.

Мэй Нагата начала прищелкивать костяшками пальцев, задавая ритм шагов. Танцующее пламя стало разрастаться и ускоряться.