Специалист

С них свисают наручники, плети, кожаная сбруя черного цвета. Несколько секунд Профи смотрел ошеломленно. Подобное ему доводилось видеть только на порнокассетах… Чувство нереальности, бреда и абсурда все усиливалось. Он резко тряхнул головой и, сделав два шага вперед, снял с ближайшего кольца наручники. С удивлением убедился — настоящие.

Слабо вскрикнула Бирюлька за спиной. Профи стремительно обернулся. Виктор Петрович Котов стоял на полусогнутых ногах в проеме комнаты-ниши и держал в руке пистолет. На потном лице появилось подобие улыбки.

— Ну что, сука? — сказал он. — Не ожидал? Сейчас ты сдохнешь… мразь, плебей… сука.

Профи смотрел спокойно и внимательно. Страха не было вовсе. Он видел подрагивающие мокрые губы, дергающуюся щеку. Видел голые волосатые ноги, торчащие из высоких женских сапог. Дурдом, подумал он, а вслух сказал:

— Нет, это ты подохнешь, мразь.

— Котов дернулся, как от удара, вскинул пистолет. Профи швырнул ему в лицо наручники и резко нырнул вправо — вниз. Оглушительно ударил выстрел, обожгло затылок… Выстрелить второй раз «гестаповцу» уже не пришлось: Профи захватил руку с пистолетом и сбил его с ног.

— Смотри-ка, «Вальтер», — удивленно сказал он, осматривая «пушку». — Все-то у тебя — экзотика!

После выстрела, который стал результатом грубейшей ошибки — потери бдительности, Профи стал абсолютно спокоен. Ощущение нереальности прошло, он настроился выполнить то дело, ради которого пришел сюда. Через двадцать секунд Виктор Котов был прикован наручниками к кольцу над головой. Бирюльку Профи прикрепил за одну руку к другому кольцу, расположенному значительно ниже. Она могла сидеть на полу.

— Как тебя зовут-то? — спросил он.

— Никто… по вызову я.

Профи задумчиво почесал бороду и сказал:

— Разберемся… Если к нашим делам непричастна — останешься живая. Если нет…

Профи выдвинул черное кресло из угла — длинная щепка отколота выстрелом Котова — и сел в него по-хозяйски, с пистолетом в руке.

— Приступаем к работе, — буднично сказал он. — Вопросов у нас сегодня много. Ну, слава богу, и время есть. А звукоизоляция здесь хорошая — окна-стеклопакеты, ковролин на полу… это кстати. Ты ведь, господин Котов, кричать будешь громко. Обещаю.

Федор и Галька — «сладкая парочка» бомжей, которые в мае вывели руоповцев на след Тереха, поменяли «прописку». Дело-то к осени, жить в доме без единого стекла скоро станет тяжко. Нашли подходящий подвал. Тоже, между прочим, непросто. Одни уже заняты такими же бездомными, другие — еще хуже — оккупируют по вечерам подростки. Эти — просто зверье! Особенно по отношению к бомжам, особенно когда подкурят или наглотаются какой дряни. Бывают жильцы нервные, чуть что — в милицию. Бывают подвалы, затопленные водой… как в нем жить? А зимовка-то долгая.