Специалист

Дешевенькая мелодрама, финальный эпизод… Герой всех победил, спас возлюбленную и теперь прощается с погибшим Другом. Звучит мексиканская музычка, зрители лузгают семечки. Думать так было нечестно, несправедливо, стыдно, но ничего поделать с собой она уже не могла и продолжала смеяться. «Наверно, я все-таки стерва».

В арку дома, одышливо урча двигателем, въехал милицейский «УАЗ». Из него выпрыгнули двое в форме, с автоматами. А еще через тридцать минут во дворе будет полно народу и в форме, и в штатском.

Совещание по выводам экспертизы продолжалось в ФСБ более двух часов. Трехмесячная работа по «гремовскому делу» дала первые результаты. На втором этаже известного всему Санкт-Петербургу дома на Литейном, в кабинете майора Рощина, собрались пятеро мужчин. Окно выходило во внутренний двор огромного здания. Быстро смеркалось, шел дождь и в сумерках за окном смутно была видна галерея, соединявшая основной корпус со следственным изолятором. Издавна ее называли «Коридор плача». Во времена иные по этому коридору прошли тысячи человек. Прошли в один конец. Обратной дороги не было. Ни для виновных, ни Для безвинных…

Пятеро собравшихся в кабинете сотрудников следственной службы знали эту горькую правду лучше других. Именно на КГБ в конце восьмидесятых легла основная работа по реабилитации. Один день в неделю каждый сотрудник Комитета проводил за изучением архивных дел. С пожелтевших страниц выплескивалась ложь и предательство. Сочилась сукровица боли. Зябко и противно становилось от чтения этих дел. У молодых офицеров, родившихся много лет спустя после смерти Сталина и Берия, сжимало сердце, когда неграмотная колхозница из Волосовского района давала показания о своей работе на британскую и одновременно — японскую разведку.

Теперь у нас государство, понимаешь, правовое. На практике это означает, что воровать, брать и давать взятки, убивать конкурентов и даже сливать секретнейшую информацию можно почти безнаказанно. Если есть высокие покровители или много денег. Два этих рычага позволяют в случае разоблачения включить в дело «независимую» прессу и свору адвокатов. Тогда предатель становится борцом за экологию, взяточник — узником совести, а гомик — растлитель из Законодательного собрания — жертвой клеветы.

Бригада купленных деляг от журналистики и юриспруденции навалится всем кагалом, начнет активно готовить «общественное мнение». Еще в процессе следствия многократно будет поставлена под сомнение компетентность экспертов, следователей, прокуроров. Одновременно будет проводиться обработка свидетелей. Кого не удастся купить, того навестят бритоголовые гоблины.