Специалист

Но даже и он был поражен глубокими укусами на теле. Горло перегрызено почти до позвоночника. Волк или крупная собака! Так можно было бы решить, если бы не одно обстоятельство. Называется оно — изнасилование.

— Ну, а что с моей просьбой по Круглову? — спросил, ненатурально зевая, Бегемот.

Было видно, что этот вопрос ему неприятен. Точно также было видно, что задать его хочется. Сафонову затронутая тема тоже была неприятна. Какое к черту «неприятна»? Противна! Но отвечать надо. Работодатель задает вопрос наемному работнику. Или (так честнее!) хозяин — шестерке.

— Круглова держим под контролем, Сергей Наильевич, — э… профилактируем. Думаю, он никакого интереса не представляет. Попивает, можно сказать — пьет. Но ведет себя тихо, жалоб от соседей нет. В сущности, можно сказать: деградирует. Подхалтуривает в бане на улице Зайцева, на подхвате. Бассейн почистить, пивко в бар поднести, то-се, пятое-десятое. Банщикам-то самим в лом всем этим заниматься, проще нанять синяка… По медицине: рекомендованным лечением пренебрегает. В интересующем нас аспекте безопасен.

Сафонов ответил внешне спокойно, четко. Служба в аппарате ГУВД научила: начальство любит короткие, простые, четкие ответы. Никаких «нет», «не знаю», «может быть». Если «может быть» — значит, ситуацией не владеешь.

— Значит, пьет, говоришь?

Хайрамов со стаканом «Абсолюта» в руке поднялся из кресла, подошел к огромному, во всю стену, окну. Тройной стеклопакет (полная звуко — и теплоизоляция снижает возможность дистанционного подслушивания) отделял его от темноты улицы. С высоты восьмого этажа открывался вид на уходящий вдаль Московский проспект. Два ряда фонарей обрамляли его четкой цепью. Потоки машин окрашивали. улицу в два цвета: в одну сторону текла красная река задних габаритов, в другую — бело-желтый свет фар.

Сафонов смотрел в широченную спину на фоне окна: Бегемот. Точно — Бегемот…

— Да, постоянно. Лечащий врач из больницы Мечникова сказал, что пить ему нельзя. При его травмах это путь в морг.

Бегемот отхлебнул из коллекционного хрусталя Борского стекольного завода. Сафонов понял, что сейчас последует другой вопрос. Тот, которого он боялся.

Бегемот повернулся к начальнику СБ.

— Ну… а как с этой… сучкой?

Тоненькая леска завибрировала в правом виске Игоря Сафонова. Вот и пришло время расплачиваться. За двухтысячедолларовый оклад плюс премии, за трехкомнатную квартиру, за автомобиль прямо к подъезду… Пришло время.