Спасти эльфа

Они видели. Они за мной следили! Чувствовала же, что добром эта затея не кончится.

— Хватит, Этиль, она мертва.

Я лежала у ног Этиль без движения, с закрытыми глазами и старалась не дышать в надежде, что Семерка уйдет, посчитав дело сделанным. Все, что мне оставалось, — притворяться мертвой. Хочешь жить — пойдешь и не на такое. А жить я хотела. О боги, как же сильно я хотела жить! До безумия! И пусть шансов почти не было, пусть вся моя одежда пропиталась кровью, я продолжала надеяться на чудо.

Пусть уйдут! Пусть уйдут и оставят меня в одиночестве. Я как-нибудь справлюсь, найду силы выкарабкаться. Только пусть уйдут, пусть не добивают.

— Думаешь, сдохла? — Чужой сапог брезгливо толкнул мою безвольную ногу.

— Ты метила в сердце. Меч прошел насквозь. Проверь пульс.

О, нет! Можно задержать дыхание, но как заставить сердце перестать биться хотя бы на минуту? Они поймут! Догадаются, что я только притворяюсь мертвой, и завершат начатое.

Внутренности скрутило от ужаса. Даже боль отступила на второй план.

— К черту пульс. Я просто перережу ей глотку. Чтобы наверняка.

Нет-нет-нет-нет-нет!

Они меня убьют! Прямо сейчас. Зарежут, как животное на бойне.

Все мое естество восстало против такого исхода. Я не могла умереть. Не так, не здесь, не сейчас, не зарезанная своими же людьми за преступления, которых не помнила. Это все прежняя Иданн. Она — монстр во плоти, а я — нет. Я — другая. Я не стала бы убивать невинных, упиваться зверствами, окружать себя человеческими отбросами. Почему я должна отвечать за грехи чудовища, которым больше не являлась?

Паника сдавила горло, когда слуха коснулся тихий шорох приближающихся шагов.

Этиль. Это была Этиль. Скромница, недавно красневшая в моей комнате, с тревогой рассказывающая о похищении пленников, предложившая помощь.

Та, кто заманила меня в ловушку.

Превосходная актриса и лгунья.

Это ее сапоги, облепленные болотной землей, замерли напротив моего лица. Я смотрела на них из-под опущенных век — квадратные носы, черная кожа с зеленоватым отливом — и стремительно впадала в отчаяние.

Сейчас, вот сейчас пальцы Этиль зароются в мои волосы, оттянут голову вверх и назад, заставив меня выгнуть шею. А потом я почувствую у горла холод острозаточенного металла.

Ногти на левой руке незаметно удлинились, превратившись в драконьи когти. Получилось! Ну, хотя бы что-то! С семерыми ведьмами в моем нынешнем состоянии я не справлюсь, зато продам свою жизнь подороже. Вот так лежать и покорно ждать, пока тебе вскроют глотку, не для Иданн Окайро.

Я напряглась, готовясь вложить в последний удар все оставшиеся силы, но предательница Этиль так и не коснулась моих волос. Рука с мечом опустилась, и кончик окровавленного лезвия качнулся у меня перед глазами.