Спасти 6-го

Сейчас я был не в состоянии слушать ее доводы.

Слушать ее оправдания.

Разговаривать, пока душит злоба, — плохая идея, как ни крути.

Рано или поздно меня перемкнет, и я наговорю ей гадостей. И не важно, что это будет в сердцах: слова, которые сорвутся с моих губ, пулями изрешетят намеченную цель. Сработает тактика самосохранения, заложенная в меня с детства.

Разум назначил мишенью девушку, сидевшую рядом, однако сердце категорически противилось такому решению. Значит, сейчас точно не время устраивать разборки.

— Уверен, что рабочая страховка покроет твое лихачество?

Моллой попыталась отвлечь меня шутливой болтовней.

Не вышло.

— Поверить не могу, что ты получил полноценные права раньше меня.

Поразительное самомнение. Учитывая, что Моллой водит как древняя, полуслепая старуха с заторможенными рефлексами, водительские «корочки» скорее выдадут Шону, чем ей.

— Между прочим, я тоже на тебя злюсь.

Кто бы сомневался. Достаточно вспомнить, какой скандал она закатила на парковке, когда пинала тачку Шейна.

Зарулив на пляж, я заглушил двигатель и, глубоко вздохнув, повернулся к ней.

Моллой уже сидела вполоборота, руки скрещены на груди, губы сжаты.

Светлые волосы струились ей на плечи и ниспадали до локтей.

Она походила на ангела, готового к суровой битве, и это здорово действовало на нервы.

— Не смей так делать, Моллой, — произнес наконец я, убедившись, что худо-бедно могу себя контролировать. — Не смей топать ногами и закатывать истерику перед всей школой, когда я общаюсь с кем-то, кто тебе не нравится.

Привалившись спиной к пассажирской дверце, Моллой угрюмо покосилась на меня, но промолчала.

Даже с надутой физиономией она выглядела безумно сексуально. Сложно сказать, чего мне хотелось больше — устроить ей взбучку или завалить прямо в машине.

— Серьезно. Будь на твоем месте любая другая, я бы не сидел тут, не выяснял отношения, а послал бы ее еще в школе.

— Только я — не любая другая, — фыркнула Моллой. — Заруби это на носу.

Да уж, наглость — второе счастье.

— Ты жестко накосячила.

— Нет, накосячил ты.

— Связываться с Холландом себе дороже. Чем ты вообще думала, когда пинала его тачку?

— Со мной тоже. А чем думал ты, когда в эту тачку залезал?

— Я могу общаться, с кем захочу.

— С теми, кто толкает наркоту, не можешь.

— Я же сказал, что чист.

— Знаю, но зачем лишний раз рисковать?

— Прекращай мне указывать, Моллой.

— Даже если это ради твоего же блага?

— Именно. Ты мне не хозяйка.

— Ошибаешься.

— Нет, Моллой, — сердито выдохнул я. — Ошибаешься ты.

Она смерила меня свирепым взглядом:

— Но ведь ты здесь, со мной.

— Потому что кое-кто психанул.

— А кое-кто помчался меня утешать.

Я злобно сощурился:

— Моллой.

Она отзеркалила мой жест:

— Джоуи.